Как «Мираторг» с помощью государства стал продовольственным гигантом

Братья Линники создали продовольственный холдинг с самой большой выручкой и рекордным поголовьем скота. Как им это удалось?

Неподалеку от деревни Леденево Брянской области дорога упирается в шлагбаум с аккуратной караульной будкой и крепким охранником в камуфляже. За будкой в сотне метров светло-серое, похожее на аэродромный ангар здание, а рядом прямо на снегу толчется несколько сотен мощных антрацитно-черных быков породы абердин-ангус. Вдоль дороги от бычьей фермы «Леденево» тянутся поля, огороженные рядами колючей проволоки. По одну сторону от асфальта ходит стадо быков, по другую — сложены горы тюков и рулонов сена. А на асфальте работает бригада дорожников. Латают ямы, выбитые мощной мираторговской техникой.

В компании «Мираторг», площадка которой так тщательно охраняется, утверждают, что ее стадо абердинов, более 629 000 голов, — самое большое в мире. Свиней у «Мираторга» больше, чем у кого бы то ни было в России, — выращивается почти 3,5 млн голов в год. Два года назад (более поздних данных пока нет) земельный банк «Мираторга» был вторым по размерам в стране — 676 000 га в восьми областях. Из них на Брянскую область приходилось около половины — более 300 000 га.

Михаил Терещенко / ТАСС

Михаил Терещенко / ТАСС

«Мираторг» спас эту землю, — говорит советник сельскохозяйственного товарищества «Пересвет» Александр Субботин, который в начале 1990-х годов был первым заместителем губернатора. — Еще бы пять-семь лет, и вообще была бы беда — все бы заросло». По его мнению, компания создала хороший имидж нынешнему брянскому руководству: в области начался рост инвестиций, чем она обязана «пяти-шести именам, но главное — «Мираторг». «Это положительные моменты, но есть и отрицательные», — уточняет Субботин.

Купи-продай

В 2017 году у «Мираторга» была самая большая выручка среди российских агрохолдингов — 125 млрд рублей, подсчитали аналитики «Infoline-Аналитика». Состояние каждого из совладельцев, братьев-близнецов Виктора и Александра Линников, Forbes оценивает в $780 млн. Виктор Линник — президент и публичное лицо компании — отказался от интервью и не ответил на просьбу показать хозяйство. И тут же выяснилось, что у брянского губернатора Александра Богомаза и некоторых чиновников нет времени для встречи, а у пресс-секретаря администрации — возможности аккредитовать журналиста Forbes вместе с местными журналистами на открытие учебного центра, в котором принимали участие Линник и губернатор. «Мираторговские» считают, что чем меньше на них будут смотреть, тем лучше, объясняет Субботин из «Пересвета».

Склонность к секретности у «Мираторга», можно сказать, унаследованная: до 1991 года Линники были инженерами на оборонном заводе. А затем водили по Москве иностранных туристов. С одним познакомились ближе и получили у него товарный кредит на машину голландского сухого молока. Перепродажа принесла хорошую прибыль, и братья, создав в 1995 году «Мираторг», занялись импортом говядины и свинины из Латинской Америки. Когда в начале 2000-х годов в России ввели импортные квоты с льготными таможенными пошлинами, Линники зачастую ввозили мясо сверх квот, иногда себе в убыток. Затем они получили аккредитацию Россельхознадзора на импорт мяса для перерабатывающих предприятий, построили с бразильской Sadia комбинат в Калининграде, а после выкупили его.

В 2005 году президент Путин объявил курс на развитие сельского хозяйства. Государство начало субсидировать ставки кредитов коммерческих банков на строительство и реконструкцию животноводческих комплексов. Линники купили доли в белгородских свинокомплексах, а затем стали их полноправными владельцами. В 2007 году «Мираторг» разместил первые облигации, направив более трети средств в строительство свиноферм, но помешал кризис 2008 года. Для завершения проекта требовались дополнительные деньги, а переговоры о кредите ВЭБа затягивались. Все изменилось после приезда на Белгородчину в 2009 году Владимира Путина, тогда премьер-министра. Он увидел комплексы «Мираторга» и как глава наблюдательного совета банка подписал кредитное соглашение на 21 млрд рублей. В 2010 году «Мираторг» стал лидером в производстве свинины с долей рынка 7,2%. А незадолго до этого Линники начали диверсифицировать свой бизнес.

Большая земля

Николай Денин, бывший в 2004–2014 годах губернатором Брянской области, вспоминает, как в 2008 году был по делам в Россельхознадзоре и его руководитель Сергей Данкверт посоветовал «обратить внимание на молодых ребят, у которых есть хороший проект». Линники приехали в область и рассказали, что готовы инвестировать 27 млрд рублей в производство кормов и выращивание американских быков. «В области около 1 млн га пашни, и больше половины тогда не обрабатывалось, — рассказывает Денин. — Я думаю, мы своими силами не вернули бы ее в оборот». Он говорит, что не раз объяснял главам районов: там, где земля не обрабатывается, не нужно быть собакой на сене.

И «Мираторг» начал большую скупку. В селах Брянской области земля была в основном в долевой собственности. С начала 1990-х годов работникам бывших колхозов выделили паи, то есть доли колхозной земли. С тех пор многие колхозы развалились, земля зарастала бурьяном.

Елена Козлова, глава Крыжинской администрации, где находится леденевская ферма, рассказывает, что паи у них были по шесть-семь гектаров и в 2010-х годах «Мираторг» покупал их по 25 000 рублей, то есть менее 4000 рублей за гектар (судя по данным Росреестра, кадастровая цена гектара на участке вокруг леденевской фермы составляет около 22 500 рублей). Юристы компании привозили владельцев земли в сельскую администрацию и оформляли сделки. Козлова и сама продала свой пай по этой цене. Почему продавали? «Землей мы не пользовались, а налог платили, да и деньги были нужны, — объясняет она. — А кроме того, пошли слухи, что сильно поднимут налоги, а неиспользованную землю отберут».

К 2012 году «Мираторг» выбрал в некоторых районах области разрешенные местным законом 35% земли, и областная дума быстро изменила закон, разрешив одному владельцу покупать до половины угодий в районах. При этом депутаты признавали, что компания «ошибочно выставляла ограждения», то есть прихватывала незарегистрированные участки.

Попросивший об анонимности адвокат, ведущий земельные сделки, рассказал о своем клиенте — фермере, имеющем 300 га. Он арендовал паи со сложной историей (наследственные, с уехавшими владельцами, необходимостью судиться с Росреестром), а потом выкупал. Длилось это более трех лет, а когда оформили права, выяснилось, что все это время «Мираторг» получал на этой земле урожай. Обошлось без тяжб, компания по соглашению выплатила компенсацию. «Но история показательная», — говорит адвокат.

Если в Брянской области «Мираторг» выкупал угодья при поддержке администрации и депутатов, то в соседней Курской доходило до скандалов. Там, в отличие от Брянска, у сельских администраций были собственные земельные банки, и в 2015 году главы двух из них отказались продать «Мираторгу» 760 га уже используемой компанией земли. Росреестр оштрафовал за это «Мираторг», а компания подала заявление в Следственный комитет, требуя привлечь сельских руководителей к уголовной ответственности. Компания шла на принцип, потому что планировала создать в области комплекс по производству и переработке свинины, а для этого требовалось 160 000 га угодий.

Арбитражный суд отклонил иск «Мираторга», требовавшего признать отказ продавать землю незаконным, и компания перенесла часть свиноводческого проекта в Орловскую область. Впрочем, позже российское правительство разрешило Росимуществу передать «Мираторгу» в аренду на 49 лет 7000 га свободных земель курского НИИ агропромышленного производства.

Насколько в компании оберегают свою землю, настолько легко относятся к чужой. Ее тяжелая техника, вспоминает Субботин, не раз заезжала на посевы товарищества, а официальную компенсацию получить так и не удалось. «У них отношение такое: мы тут главные, от Москвы, и ничего вы с нами не сделаете, — сетует он. — Для престижа местных властей они спасательный круг, и, что бы ни сделали, все сходит с рук».

За мраморным мясом

К 2012 году у «Мираторга» было в Брянской области 150 000 га земли и 12 ферм, заселенных 36 000 привезенными из Австралии и США абердинами. Эта порода знаменита своим мясом, в котором прослойки внутримышечного жира создают рисунок, похожий на красный мрамор. При правильном приготовлении это мясо, составляющее, кстати, всего около 10% туши быка, становится особенно нежным. Остальное не столь изысканное и дорогое.

Владислав Шатило / RBC /  ТАСС

Владислав Шатило / RBC / ТАСС

Фил Джордж, бывший профессор Иллинойского университета, а теперь заместитель гендиректора входящей в «Мираторг» Брянской мясной компании (БМК), закупил 110 000 генетически чистых животных. Целый месяц они добирались в Россию на кораблях. Приехали не только коровы и быки. Закупили также лошадей специально выведенной «ковбойской» породы квотерхорс, умеющих пасти полудикий крупный рогатый скот. Джордж разместил в фермерском рекламном журнале RanchWorldAds.com объявления о наборе ковбоев, которым предстояло учить местных скотников обращению с заморскими животными. И посыпались заявления от желающих приехать в Россию. Но половина из 70 приехавших не выдержали трехмесячный испытательный срок, а половина оставшихся — первые полгода.

Прилетевший из Небраски потомственный ковбой Тодд Льюис продержался больше трех лет и под конец своего контракта управлял уже не одной фермой, а тремя. Его семье выделили на ферме дом, а во время испытательного срока, рассказал он Forbes, платили по $5000 в месяц. Затем он получил прибавку до $6000. Он говорит, что это примерно на $2000 больше, чем зарабатывает дома.

Льюис, изучавший в колледже пастбищное содержание скота и уход за лошадьми, а в Университете Колорадо — ветеринарию, учил 15 подчиненных ему «операторов» ухаживать за абердинами и управляться с лошадью. Он работал так же, как его подчиненные, и этим «растопил лед», который поначалу был между ними («ведь между нашими странами было немало недоразумений»). Затем он несколько лет выводил местных «ковбоев» на арену «Русского родео» — многолюдного праздника, который «Мираторг» устраивает каждый сентябрь возле леденевской фермы. «Самым сложным для них было владение лассо», — вспоминает он. Ведь надо было быстро заарканить и стреножить 500-килограммового бычка или затолкать его в трейлер. Однако к скачкам на разъяренном быке их не допускали.

Любимцы государства

«Мираторг», как заявляет компания, — крупнейший инвестор в аграрном секторе. И крупнейший в АПК получатель государственной помощи. «В этом не было бы ничего плохого, если бы и все остальные имели такой же доступ к этой помощи», — рассуждает директор Центра агропродовольственной политики РАНХиГС Наталья Шагайда. В центре пытались подсчитать размер помощи, получаемой 13 холдингами — владельцами крупнейших земельных банков. В Министерстве сельского хозяйства «холдинги не видят», говорит Шагайда. Субсидии выдаются отдельным предприятиям. Поэтому ученые выясняли структуру холдингов, а затем определяли, сколько пришлось на каждую дочернюю компанию и суммарно на каждый холдинг. Результаты подсчетов директор центра разглашать отказалась. Но они показали, что «у «Мираторга» объем субсидий был значительно больше, чем у других. За последние три года — десятки миллиардов рублей».

Субботин из «Пересвета» объясняет, что всего существует около 20 программ государственной поддержки и значительная часть средств приходится на «Мираторг». «Иногда создается впечатление, что не просто на «Мираторг», — смеется он, — а они вводятся по предложению «Мираторга». Субботин хорошо информирован. Он считает, что из ежегодно поступающих в область по разным программам примерно 10–10,5 млрд рублей господдержки около 9 млрд рублей уходит «Мираторгу» по программам мясного животноводства, поддержки на гектар пашни, на льготные проценты по кредитам и др. «А ведь пастбища, однажды введенные в эксплуатацию, не нуждаются, в отличие, например, от зерновых, в каком-то особом уходе. Так почему им эти дотации идут?» — недоумевает он.

Бывший президент Российского мясного союза, а сейчас независимый аналитик Мушег Мамиконян полагает, что структура поддержки животноводства должна быть другой: «Если посмотреть на все страны, кроме Китая, то мы увидим стремительное изменение пропорций: доля свинины в производстве и потреблении увеличивается, а говядины — уменьшается». В России, по данным Национального союза свиноводов, эта тенденция тоже заметна. Доля потребления говядины продолжает сокращаться и опустилась в 2017 году ниже 20% (13,5 кг/чел. в год), хотя в 1990-м достигала 45%, зато доля птицы с 20% приближается к 50% (34,1 кг/чел. в 2017-м), потребление свинины стабильно составляет 32–35% в мясном рационе.

Мамиконяна беспокоит, хватит ли богатых российских покупателей на большое количество дорогого мяса, он считает, что «Мираторгу» для дальнейшего развития нужно быстро наращивать экспорт. Хотя на мировом уровне покупатель «будет смотреть, у кого цена более выигрышная, а она будет ниже у того, кто, находясь в более теплом климате, по максимуму или круглогодично может осуществлять выпас скота, в первую очередь это страны Латинской Америки». «Мираторг» же всю зиму хотя и держит быков на улице, но дает им заготовленные летом корма, затраты на которые в структуре себестоимости мяса составляют в разных регионах 45–70%. Эту часть себестоимости тоже субсидирует государство.

Впрочем, «Мираторг» настойчиво пробивается на экспортные рынки. Он рассчитывает отправлять говядину в страны Персидского залива, Южную Корею, Гонконг и Японию. В 2016 году во время визита в Японию президент Путин сам вел переговоры о допуске мясной продукции на ее рынок и даже, к удивлению российской делегации, добился согласия несговорчивых японцев.

Министерство сельского хозяйства не ответило на запрос Forbes о размере компенсаций и субсидий, полученных компаниями Линников. Сам Виктор Линник в одном из интервью объяснял: «Назовите другие агрокомпании, которые инвестируют сопоставимые средства в развитие отрасли, и мы сравним объемы господдержки и результат».

Если объем господдержки хранится в секрете, то крупнейшие кредиты, получаемые компанией, известны. В мае 2012 года Дмитрий Медведев, как председатель правительства, приехал на брянскую ферму, и Виктор Линник напомнил ему, что за два года до этого Путин «подписал [им] кредитное соглашение [с ВЭБом] на 11 лет». Теперь Линник просил у премьера поддержку, чтобы расширить проект разведения крупного рогатого скота на соседние с Брянской областью регионы.

В конце 2012 года правительство утвердило правила выдачи сельхозпредприятиям субсидий на возмещение части процентной ставки, которые позволили банкам кредитовать село на 15 лет, и «Мираторг» был первым, кто получил в Сбербанке кредит на 1 млрд рублей. Через два года Sberbank CIB выдал компании еще 7,6 млрд рублей на пополнение оборотного капитала.

В следующий раз Медведев навестил Брянскую мясную компанию в январе 2015 года. Линник показал премьеру огромный перерабатывающий комплекс с откормочной площадкой и объявил, что компания начинает вторую часть проекта по производству говядины. А для этого нужно «сохранить необходимую государственную поддержку». В тот же день «Мираторг» подписал новое соглашение с ВЭБом на две кредитные линии: $425,8 млн и $316,2 млн. Тоже на 15 лет.

Стейк и бургер

Мясоперерабатывающий комплекс мощностью 40 000 т в год у деревни Хмелево в Брянской области «Мираторг» заложил в 2011 году. Тем самым Линники начали надстраивать недостающие этажи своего вертикально интегрированного холдинга. В 2014-м там, где недавно было чистое поле, уже стояли построенные из легкосборных конструкций огромные светло-серые «кубики» с терракотовой крышей. На оснащенном самой современной техникой заводе куски говядины упаковывал в вакуумный пакет робот, а ручные операции остались в основном на участке обвалки, где мясо делят на куски.

REUTERS

REUTERS

На конвейер, где разделываются туши, «Мираторг» привез полсотни польских специалистов, которым платили до €25 в час. За смену они разрубали острым как бритва мечом 600–700 быков. Работа тяжелая, требует сноровки: в 2015-м лишь один местный рабочий смог сдать экзамен и встать на конвейер рядом с поляками.

В 2017 году неподалеку от цехов мясопереработки начали строить завод по обработке шкур, его продукцию надеются продавать производителям престижных немецких автомарок в калужском автомобильном кластере. А год спустя на той же площадке стали монтировать линию по выпуску готовой еды: супов, бульонов и соусов. Тогда же на заводе «Рубеж» в Санкт-Петербурге на арендованном оборудовании начался выпуск колбас. Тем временем на мощной мясохладобойне в Курской области строится собственное колбасное производство.

Готовой продукции нужен сбыт. И еще в 2011 году в подмосковном Домодедово «Мираторг» открыл одноименный пилотный супермаркет площадью 750 кв. м. Затем, удовлетворившись его показателями, начал экспансию за счет более крупных, около 1000 кв. м, точек. Однако были выбраны не лучшие по проходимости и арендным ставкам локации, и торговля шла плохо. Но в 2014-м пришлось закрыть около 40% из 86 магазинов, открытых в 15 областях, к концу года осталось 53 в 11 областях. «Они не вышли на самоокупаемость», — объясняли в компании. «Их объекты были просто никакие: полка товаров «Мираторга» была огромная, ассортимент несбалансированный», — объясняет гендиректор «Infoline-Аналитики» Михаил Бурмистров.

Евгения Новоженина / РИА Новости

Евгения Новоженина / РИА Новости

В 2015 году «Мираторг» поменял концепцию, сократив площади в среднем до 600 кв. м и сделав цены более доступными. Тем не менее некоторые товары остались намного дороже, чем у конкурентов. Аналитик «Агро24» Дарья Ширяева по просьбе Forbes проанализировала цены продукции «Мираторга» в 22 магазинах разных сетей на московском рынке в сравнении с товарами конкурентов. Например, свиной бекон по-английски в супермаркете «Мираторг» стоил в конце 2018 года 146,9 рубля за 180 г, а бекон «Черкизово» — 155 рублей за 360 г, «что меньше цены бренда «Мираторг» почти в два раза». Да и вообще мясо от «Мираторга» дороже: в один день стейк рибай «Мираторга» в Metro стоил 2899 рублей за 1 кг, а от «Австралийского торгового дома» — 2316 рублей. Бурмистров говорит, что такая разница в цене показывает, что «Мираторг» «добился блестящего качества продукта и что у них уже есть бренд».

В конце января 2019-го сеть компании состояла из 75 магазинов и супермаркетов и двух гипермаркетов. «По эффективности это далеко не «Перекресток», — говорит Бурмистров. — У них огромная разница объемов с производственным бизнесом, и эта сеть должна играть «витринную», имиджевую роль». По данным «СПАРК-Интерфакс», компания «Продмир», управляющая магазинами, все годы была убыточной. По итогам 2017 года при выручке 9,2 млрд рублей убыток составил 1,3 млрд рублей. Но имиджевую роль сеть выполняет.

«Популяризация мяса, а в этом случае говядины — вечная тема, — говорит исполнительный директор компании Restcon Андрей Петраков, комментируя выход «Мираторга» в ресторанный сектор. — А у «Мираторга» простая цель — гарантировать сбыт довольно дорогой для магазинов собственной продукции». В 2015 году этот путь открыл для компании известный ресторатор Аркадий Новиков. Он рассказывает, что познакомился с мираторговской мраморной говядиной, когда вел телепрограмму «МастерШеф». Тогда он понял, что «подобного российского продукта еще не бывало». Когда он создал на Никольской улице в Москве мясной ресторан «Рыбы нет», в помещении оставались свободными еще около 100 кв. м. Новиков подумал, что рядом с мясными витринами было бы странно делать что-то немясное. И вспомнил о «Мираторге». Контактов Линников у него не было, и он просто позвонил на общий телефон компании. Ответа не было около двух месяцев, а потом они встретились, и Новиков предложил концепцию бургерной #Fаrш.

Проект выстрелил. #Fаrш стал на Никольской модным местом, куда ходят чиновники из расположенных поблизости ведомств и центровая молодежь. В декабре 2018 года компания запустила франшизу этого бренда. А до этого, в 2016 году, прямо на промплощадке в Брянской области «Мираторг» открыл супермаркет-бургерную, после чего стал открывать в помещениях супермаркетов сеть бургерных «Бургер & Фрайс» с несколькими видами бургеров, стейком, картофелем фри, салатами, пивом и безалкогольными напитками. К концу января 2018 года их было уже пятнадцать. По мнению Петракова из Restcon, «это нечастый случай, когда компания, занимающаяся производством, открывает свои заведения и у них что-то получается».

С государственной поддержкой бизнес «Мираторга» быстро растет. В 2017 году холдинг был включен в перечень системообразующих предприятий. Но Наталья Шагайда из РАНХиГС видит риски в том, что гиганты вытесняют малый бизнес и получают особые условия для развития. По ее мнению, государство позволило вырасти мегапроектам, которые в кризисных ситуациях будет обязано спасать или нести убытки. «Когда я ездила по Брянской области, — говорит она, — все время вспоминала песню из мультфильма «Кот в сапогах», в которой на вопрос «Чье это хозяйство?» ответ был «Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса!».

Автор: Александр Левинский

При участии Максима Плешкова

Источник: http://www.forbes.ru