Сладостные цифры

 

 

Мировые цены на сахар бьют исторические рекорды – за год выросли в два с лишним раза. К счастью, нам переживать не о чем, в России цены не дрогнули. Наоборот, в стране выдался на редкость сладкий год. По прогнозам, сбор сахарной свёклы в 2016 г. превысит 45 млн тонн. Это грандиозный урожай. Если мерить по весу – второе место после сборов зерна, по валу больше картошки. Что делать со свалившейся на РФ сахарной горой?

Миллиарды из песка 

Все, кто знает толк в аграрном деле, пристально следят за свекольными новостями. Ещё бы, когда говорят «свёкла», подразумевают сахар, и это тема нешуточная. Как-никак, его стоимость сейчас добралась до 40 тыс. руб. за тонну. Если помножить на масштабы дела, получим гигантский оборот. В прошлом году продажи сладкого золота в РФ перевалили за 250 млрд рублей. Надо сказать, обычного, ювелирного золота за тот же год продали на значительно меньшую сумму.

Вообще сахар в нашей стране – тема на редкость призовая. Прежде всего продукт очень популярен. По статистике, каждый житель России в среднем съедает по 30 кг сахара в год, на селе показатель более 35 килограммов. Выходит, сами того не замечая, мы съедаем ни много ни мало почти 100 г сладких углеводов в сутки. Цифра удивительная, например, фруктов по весу в РФ покупают только вдвое больше, чем сахара.

Причём последние несколько лет сладкий спрос на редкость стабилен. К сожалению, долгое время этого нельзя было сказать об урожаях. До 1990 г. всё было стабильно, село прочно держалось по сбору свёклы на отметке 30–33 млн т в год. Затем начались страшнейшие американские горки. Десятилетиями, год от года, урожаи бросало из стороны в сторону, как шлюпку в сильный шторм. В середине 1990-х по свёкле страна сдала вдвое, средний сбор рухнул до 14 млн т в год. Тогда пошёл массовый ввоз тростникового сахара, которого в худшие времена закупали почти столько же, сколько выпускали своего.

В те жуткие времена доходило до того, что Минсельхоз прямым текстом призывал перейти на импортный сахар, поскольку, мол, покупать выгоднее, чем выращивать и развивать свою переработку. В результате государство едва не погубило сахарную отрасль на корню. В тот момент в его руках оставались акции семи десятков крупнейших сахарных предприятий, сконцентрированных в Краснодарской, Воронежской и Белгородской областях. До 2000 г. фабрики прозябали, чиновники мечтали сбросить сахарную ношу и распихивали заводы на аукционах кому ни попадя по смешной цене – 20–25 млн руб. за штуку. Сейчас одна лишь земля под ними стоит во много раз дороже. К счастью, к середине нулевых годов дела постепенно пошли на лад. Урожаи подтянулись, но всё равно в среднем не превышали печальные на фоне былых достижений 18 млн т в год.

Потом наступил легендарный в сахарном деле 2011 год. Всего за 12 месяцев отрасль пережила небывалый в истории взрыв. Не только нашей истории – скорее всего, мировой. Всего за один год урожай скакнул вверх вдвое, с 19,7 до ошеломляющих 41,12 млн тонн! Аналитики по сей день не в состоянии до конца объяснить это свекольное чудо. Общее мнение, что сложились множество факторов. В первую очередь отрасль резко распрямилась после тяжелейшего лета 2010 г., когда посевы сгорели из-за жары. Кроме того, крестьяне ударными темпами нарастили площади под свёклой, поскольку в 2011 г. культура стала невероятно «горячей». В тот момент мировые цены на сахар за год подскочили почти в три раза. В России сахарный песок в тот момент подорожал ещё круче – с 7 до 32 тыс руб. за тонну.

Свекольный рекорд с «Биокладом»

Урожайный рекорд 2011 г. держался пять лет. Сахарные цены на мировых биржах стремительно откатились, ажиотаж исчез. Последние два года по свёкле и вовсе были относительно тощими, в 2014 г. урожай сильно просел и слегка недобрал до 30 млн. тонн. Правда, первый рывок произошёл уже в 2015 г., когда стало окончательно ясно, что импорт сахара из ЕС и Украины, заполнявший изрядную долю нашего сладкого рынка, остановился очень надолго, если не навсегда. Крестьяне резко подтянулись, в прошлом году собрали 40 млн тонн.

Теперь дело стремительно идёт к новой исторической отметке, 45 млн тонн. По оценкам аграрных аналитиков, это позволит выпустить 5,6 млн т сахара. При этом внутренний спрос в стране – 4,9 млн т, причём 450 тыс. т из них ещё два года назад завозили из-за рубежа.

Теперь взрывной рост сладкого производства закроет внутренние потребности, вдобавок останется на экспорт. Более того, сейчас сахарная отрасль стремительно перевооружается, заводы наращивают мощности. По прогнозам, уже через пару лет мы нарастим выпуск сахара минимум до 6 млн т, что позволит превратиться из покупателя в заметного мирового сахарного экспортёра.

Надо сказать, на пространстве бывшего СССР наша страна давно – сахарный великан. Можно сказать, на постсоветском пространстве мы – центр мягкой сахарной силы. РФ выручает обилие собственной свёклы, которую в нынешнем году растят на площади более 800 млн гектаров. При этом урожайность в последние годы поднялась почти двукратно, с 240 до 400–440 ц/га. В одном из хозяйств Воронежской области урожайность достигла 900 ц/га – но это с применением уникального органического удобрения «Биоклад».

Что касается сахарного производства, хребет отрасли – всё те же 70 предприятий. Они работают в 22 регионах, но все основные мощности плотно сконцентрированы в Центральной России, часть – на юге около Краснодара. Восточнее Саратова всего восемь сахарных заводов. Все они давно перешли в частные руки. И, несмотря на скупочный ажиотаж со стороны крупнейших агрохолдингов, ни один не смог, к счастью, получить сахарную монополию.

У соседей принципиально другая ситуация. Что касается Украины, снабжавшей РФ последние два десятилетия самым заметным потоком импортного рафинада, говорить сейчас вообще не о чем. Казахстану тоже не до экспорта, ему самому нужен наш товар. Южному соседу исторически досталось от СССР несколько крупных сахарных заводов. Но своей свёклы катастрофически не хватает, сборы едва загружают 5% мощностей. Так что сырец приходится импортировать, в результате казахский сахар слишком дорогой. В Белоруссии ситуация лучше, но и она по сахару нам не конкурент. Дружественная страна выпускает 600 тыс. сахара в год при внутренней потребности 350 тысяч. Суммарная мощность всех белорусских сахарных предприятий примерно в 12 раз меньше объёма, который способна выдать на-гора российская сладкая индустрия.

То ли ещё будет. Наша страна уже 8 лет как вошла в десятку крупнейших в мире производителей сахарного песка, теперь метит в пятёрку. Конечно, дорога на сладкую вершину вовсе не устлана розами. В сахарной отрасли давно назрела глобальная модернизация. Тут нужно решить две основные проблемы.

Во-первых, нужно подтягивать качество российского сахара. Пока оно, мягко говоря, не достигает мирового уровня. Как объясняют эксперты, существует международный критерий, так называемая сахарная шкала «икумса». Чем меньше по ней баллов, тем чище и качественнее сахар. Например, в ЕС запрещён сладкий песок с показателем выше 45 баллов, потолок по рафинаду – 23 балла. Для сравнения: типичный показатель чистоты сахара российского производства – 110–150 баллов. На экспорт такой не пустят, да и населению пользы мало.

Во-вторых, сахарные предприятия с трудом выкарабкиваются из энергетической ловушки. Эти производства самые энергоёмкие в пищевой промышленности. Технология получения сладкого песка требует мощных центрифуг и длительного выпаривания при очень высоких температурах. На всё уходит прорва энергии, затраты сопоставимы с выработкой средней электростанции. Проблему можно решить, технологии есть, но требуется радикальное переоснащение. При этом цена вопроса немалая: по оценкам экспертов, 20–35 млрд руб. на каждый завод. На всю отрасль набегает 1,5 триллиона.

Константин Гурдин

Источник: argumenti.ru