ЗЕРНО, НЕФТЬ И ДЕВАЛЬВАЦИЯ РУБЛЯ

Куда движется сельскохозяйственная отрасль России

В редакцию газеты «Защита растений» обратились несколько представителей аграрной отрасли со сходными проблемами. В преддверии посевной людей волнует вопрос, как падение цен на нефть, девальвация рубля и другие проявления кризисной ситуации повлияют на развитие рынка зерна и положение дел в АПК в целом. Прокомментировать ситуацию мы попросили директора ООО Агентство «Стратег», координатора Агропромышленного клуба «Земляне» Владимира Решетняка.
— Для агентства «Стратег» падение цен нефти, нарастание напряженности на мировой арене и прочие проявления системного кризиса, неожиданностями не оказались. Об этом мы предупреждали еще в декабре 2013 г. в официальных обращениях в компетентные органы.

Нефть
Что касается цен на нефть, так их снижение в 2014—2015 гг. просматривалось в нашем долгосрочном прогнозе, который готовился еще в 2008 г. Это снижение идет по определенному сценарию, который уже разыгрывался на мировой арене. Стратегически этот сценарий повторяет сценарий начала девяностых прошлого века, но в тактической интерпретации 2008—2009 гг.
Что характерно, наш пятилетний прогноз по ценам нефти на 2009—2013 гг. по векторам движения выше/ниже предыдущего года совпал с фактическими флуктуациями на 100%, а средняя прогнозная цена за пятилетку сошлась с фактической с разницей буквально в один цент: 86,00 долларов/баррель в прогнозе, и 86,01 доллара/баррель в реальности.
По нашему сценарному прогнозу, в 2015 г. среднегодовая цена нефти будет ниже, чем в 2014 г., но несущественно.

Рубль
Что касается курса рубля, то агентство «Стратег» считает, что здесь присутствует спекулятивный внешний фактор. Нефть по сравнению с 2008 г. просела не так сильно, а курс рубля обвалился как будто она до 10 долларов/баррель упала. Устройство финансовой системы России таково, что курс рубля находится в сложноподчиненном положении от торгов на ММВБ, где «валютные диверсанты» могут разыгрывать спекулятивные сценарии, торгуя между собой рублями и долларами и возбуждая ажиотаж, как наперсточники из «лихих девяностых».

Зерно
По нашим прогнозам, в 2015 г. в РФ ожидается снижение урожая зерна в пределах 20—25%. Это обосновано погодно-климатическими цикличностями. Их мы считаем устойчивой закономерностью, которая прослеживается по нашим базам данных пятикратно, а это по понятиям стратегических аналитиков «тенденция, однако». На фоне снижения урожая при ослабленном рубле на рынке может создаться «эффект помпы» — отсоса ресурсов на экспорт.
Хотя для экспортеров выгода от слабого рубля сиюминутна. При возможном снижении урожая они рискуют уменьшением объемов вывоза зерна на экспорт. Кроме того, не исключено введение запретительных административных барьеров, как в 2010 г. Пример, конечно, плохой, но властные структуры страны порой грешат «ручным управлением». Только для АПК такие действия обходятся непомерно дорого.
Переведем риски снижения экспортного потенциала в абсолютные цифры. Если в текущем сезоне планируется экспортировать до 30 млн тонн зерна, тогда в следующем при снижении урожайности на 20% (до 83 млн тонн) и внутреннем потреблении 68—70 млн тонн, экспортный потенциал может сократиться до 14 млн тонн. Это значит, что и доходы экспортеров будут раза в два скромнее.
Упадет и рентабельность производства зерна из-за недобора урожая с одной стороны и девальвационного роста затрат с другой. Компенсировать эти потери аграриям поможет лишь рост цен на сельхозпродукцию. По нашему мнению, справедливая цена зерна выражается стоимостным уравнением: 1 т пшеницы = 1 т аммиачной селитры.

Ресурсы
Если снижение урожая зерна в 2015 г. в пределах 20—25% для России объективно, то рост цен на материально-технические ресурсы для сельского хозяйства субъективен и порой необоснован девальвацией рубля. Например, аммиачная селитра за год уже подорожала на 66% — с 9,5 тыс. до 15,8 тыс. руб. за тонну, и надо полагать, что это не предел. Национальный агрохимический союз этот факт объясняет привязкой цен удобрений к мировой конъюнктуре. Однако вводить пошлины на их экспорт власти не планируют и это типичные «двойные стандарты»: если зерно пошлинами обложили, то удобрения — нет.

Цены
Чтобы проанализировать, чем думают в правительстве, принимая те или иные решения, мы подняли новостные архивы и проследили действия властей трех стран — России, Казахстана и Китая по установлению уровней закупочных цен пшеницы в государственные закрома.
«В декабре 2014 г. Правительство Китая повысило минимальную закупочную цену пшеницы до 2360 юаней за тонну, что на 120 юаней больше, чем в прошлом году, чтобы способствовать росту доходов фермеров» (Reuters).
«Постановлением Правительства Республики Казахстан от 5 декабря 2014 г. №1277 принято решение установить закупочные цены для государственных реализационных ресурсов зерна на пшеницу мягкую 3 класса СТ РК 1046—2008 в размере 42000 тенге за тонну» (Forbes).
Чуть позже и Минсельхоз России повысил минимальные закупочные цены для государственных интервенций на зерновом рынке на пшеницу 3 класса от 6,75 тыс. до 10,1 тыс. руб. за тонну для европейской части страны и от 6,4 тыс. до 10 тыс. руб. за тонну для азиатской части России.
Если пересчитать государственные закупочные цены продовольственной пшеницы по официальным курсам валют на 27 февраля 2015 г., получаются следующие диспропорции:
Китай: 2360 юаней = 22890 руб. = 377 долл.
Казахстан: 42000 тенге = 13755 руб. = 227 долл.
Россия: 1041 юаней = 30839 тенге = 10100 руб. = 166 долл.
На этом наглядном примере видно, что российские зернопроизводители находятся в неравном положении. При этом РФ не делает ничего для того, чтобы выровнять это положение хотя бы в рамках ЕАЭС.
Теперь информация к размышлению. За обозримую с 1997 г. историю российского зернового рынка среднегодовая разница между американской пшеницей SRW №2 и российской пшеницей 4 класса была не более 82 долл. за тонну. Этот максимум приходится на сезон 2010/2011 г., когда с середины августа и до конца сезона действовало эмбарго на экспорт зерна. Следуя логике, даже при введении эмбарго в следующем сезоне эта разница не должна быть превышена.
Ценовые перспективы следующего зернового сезона 2015/2016 г. для американской пшеницы согласно объемно-ценовой модели агентства «Стратег» складываются на уровне 334 долл. за тонну. Цена российской пшеницы 4 класса при таком уровне должна быть не менее 250 долл. за тонну (15,37 тыс. руб/т). Поэтому производителям зерна рекомендуем сопоставлять внутреннюю цену с мировой.

Финансы
В заключение сравним действия финансовых регуляторов Норвегии и России в экстремальных условиях падения цен на нефть.
«ЦБ Норвегии ответил на падение нефти снижением ключевой ставки рефинансирования до рекордного минимума — 1,25% годовых. Решение норвежский регулятор объяснил необходимостью стимулировать экономический рост дешевыми кредитами» (AFP, 11.12.2014 г.).
«Центробанк РФ на фоне сильного ослабления рубля и усиления инфляционных ожиданий с 16 декабря 2014 г. повысил ключевую ставку с 10,5% сразу до 17%» (Интерфакс). Правда, со 2 февраля 2015 г. ЦБ РФ понизил ключевую ставку до 15%, но от этого мало что изменилось.
Продажа нефти дает Норвегии, равно как и России, около половины всех доходов, поэтому сравнение действий финансовых регуляторов в принципиально равных условиях вполне репрезентативно.
Чем чревата девальвация национальной валюты, давайте прикинем по весу ВВП (валового внутреннего продукта) в рублях и долларах. По нашим прогнозам, при курсе рубля 64,59 за долл. и уровне ВВП 66,729 трлн. руб., в 2015 г. ВВП страны грозит «долларовое обрезание» наполовину от размера, до которого он дорос в 2013 г. (1033,1 млрд против 2078,4 млрд долларов).
С таким ВВП в долларовом исчислении Россия уйдет в третий эшелон «Большой двадцатки» и в соотношении с рублевым размером ВВП будет выглядеть как спеющий арбуз «брюшко круглеет — кончик сохнет», который того и гляди, что от избытка «кредитных нитратов» и отсутствия «корневого питания» может лопнуть.
Известно, что ссудный процент порождает инфляцию. Эта аксиома не требует доказательств. Кредитные ссудные проценты накручивают стоимость товаров по всей производственной и потребительской цепочке, от нефтяных полей до буханки хлеба на столе.
При наличии в этой цепочке хотя бы четырех звеньев с одним оборотом в год, при ставках 25% годовых себестоимость продукции может вырасти на 100%. С таким неподъемным «обременением» невозможно помышлять об импортозамещении.

Источник: http://www.agroxxi.ru/