Деньги не дают покоя. Государство снова начинает спасать страдальцев от кризиса

Кризис – всегда время отделять зёрна от плевел. Проблемные предприятия, оказавшиеся не в состоянии обслуживать свои долги, должны проходить через процедуру банкротства и последующего финансового оздоровления и переходить к новым, более эффективным собственникам.

После реструктуризации фирма чаще всего продолжает работать, но, как правило, – более эффективно. Роль государства в этой ситуации – сглаживать социальные проблемы переходного периода, однако в условиях госкапитализма «плохие долги» приводят не к банкротству, а к субсидированию крупных собственников за счёт налогоплательщиков.

В 2015 г. вместо реальных рыночных антикризисных мер в России вновь обсуждаются механизмы «приукрашивания действительности» и прямого субсидирования. Так, публикация антикризисного плана правительства вновь запустила дискуссию о создании специального агентства, целью которого был бы выкуп плохих корпоративных долгов у банков.
Большинство экспертов, а также кандидаты на роль «управляющих» в лице государственных ВЭБа и АСВ крайне скептически оценивают необходимость создания такого агентства, нацеленного на решение вопросов корпоративных заёмщиков в обход нормальных банковских процедур реструктуризации.

Действительно ли идея плохих кредитов может быть решена более эффективно за пределами банковской системы или это всего лишь легитимный способ предоставить «избранным» дешёвое финансирование от государства, минуя банки? В пользу последней версии, в частности, говорит оперативность, с которой Минэкономразвития подготовило список из 199 системообразующих компаний, которые могут получить поддержку в рамках антикризисных мер правительства.

Обычно для расчистки балансов проблемных банков используют одну из двух моделей. Первая применялась в ряде европейских стран (Швеции, Франции и Германии) и предполагает создание на базе реструктуризируемого банка так называемых «плохого» и «хорошего» банков – в этом случае «плохому» отходят некачественные активы, включая просроченные кредиты. Такая конструкция позволяет постепенно запустить работу «хорошего» банка и через какое-то время провести его повторную приватизацию. Одновременно проводится реструктуризация долгов неплатёжеспособных заёмщиков, уже не влияющая на капитал «хорошего» банка.

Второй способ состоит в том, что плохие активы, включая просроченные кредиты, передаются специальному государственному агентству.Идея использовать специализированное агентство по управлению проблемными кредитами для оздоровления банковской системы далеко не нова и была использована для оздоровления банков во время азиатского кризиса 1997 г. в Таиланде, Корее и Индонезии.
За счёт этого происходит быстрое оздоровление несостоятельного финансового института. Передача плохих долгов агентству обеспечивает мгновенное улучшение банковского баланса и позволяет менеджменту сконцентрироваться на основном бизнесе. Последнее особенно важно, когда у банка нет достаточной экспертизы по работе с плохими активами или менеджмент кредитной организации скомпрометировал себя слабыми или некомпетентными действиями по взысканию плохих долгов.

Будет ли создание агентства оправдано в России? В поддержку участия государства в расчистке банковских балансов обычно приводятся следующие аргументы. Сохранение плохих кредитов на балансах проблемных банков обычно приводит к замораживанию ситуации на неопределённое время – полноценной реструктуризации менеджмент банков может предпочитать простое продление срока кредитов. В этом случае проблема плохой задолженности не решается годами, трансформируясь в новую «бомбу замедленного действия». В российских условиях данную проблему можно решить более простым способом, нежели созданием агентства, – для начала нужно отменить введённое несколько месяцев назад регуляторное послабление для банков, позволяющее не создавать дополнительных резервов при ухудшении качества кредитного портфеля. Если это будет сделано на фоне сохранения адекватного пруденциального надзора со стороны Банка России, у банков не будет стимулов затягивать решение вопроса плохих кредитов.

Ещё одним доводом за использование агентства в странах с сильными лоббистскими группами является слабость отдельных банков при взаимодействии с влиятельными клиентами, которые не дают возможности эффективно и быстро провести реструктуризацию кредитного портфеля. Однако в российских реалиях передача переговоров по реструктуризации в руки государства не только не приведёт к выравниванию возможностей, а, наоборот, создаст дополнительные условия для коррупции.

Также не стоит забывать, что выкуп или другие способы отделения плохих банковских активов обычно используются в отношении банков-банкротов, уже перешедших под контроль государства. В этом случае стоимость, по которой плохие активы покидают баланс банка, не очень важна. Совсем иначе ситуация выглядит тогда, когда оздоровление банков происходит фактически с помощью субсидирования – судя по всему именно такой вариант рассматривает правительство.

Методы поддержки банков, как реализованные к настоящему моменту, так и находящиеся в процессе внедрения в России, не могут привести к повышению эффективности банков и смене некомпетентного менеджмента. Правительство и Банк России предпочли неограниченно субсидировать системные банки и вводить нормы, ещё больше снижающие прозрачность функционирования банковской системы. У банков просто нет стимулов продавать проблемные кредиты специализированному агентству по адекватной цене – в этом случае им придётся списывать часть стоимости активов, в то время как сейчас они могут просто не создавать адекватных резервов. Если же кредиты будут выкупаться по заведомо завышенной стоимости, то мы получим ещё один канал субсидирования банковской системы, ради которого вряд ли стоит тратить время и деньги на создание ещё одного государственного агентства.

Допускаем, что по замыслам правительства под агентством «плохих долгов» подразумевается совершенно новая инстанция – организация, которая будет напрямую работать с проблемными корпорациями из списка системообразующих и замещать банковское кредитование прямым финансированием из бюджета или институтов развития. Похоже, пример нефтяной госкорпорации, раз за разом получающей вливания на нерыночных условиях, заразителен.

Это тупиковый путь, когда финансирование достаётся наиболее безответственным заёмщикам. Если речь идёт именно о таком агентстве, то мы рискуем получить просто ещё одну неэффективную госкорпорацию, через которую бизнесмены, близкие к властям, смогут получать финансирование от ЦБ. В этом случае страна словно вернётся в начало 90-х к политике неконтролируемой эмиссии, и будет стремительно сваливаться в гиперинфляцию.

Олег ЯНКЕЛЕВ, управляющий директор ООО «УК ФинЭкс Плюс»

www.argumenti.ru