Интервью с Николаем Белозёровым, руководителем ОАО «Важское»

  • Просмотров: 876

  • Нет комментариев

  • Дата: 17.07.2015

Как Вы попали в сельское хозяйство?

— Я родился в селе Благовещенское, здесь ходил в школу, окончил Вологодский молочный институт. Выбор был – либо заняться сельским хозяйством, либо остаться в аспирантуре. Я решил, что нужно попробовать сельский труд, а потом при желании вернуться в науку. Так я остался в сельском хозяйстве.

Я прошел достаточно большой путь, прежде чем стал директором: был инженером по технике безопасности, инженером по механизации животноводческих ферм, главным энергетиком, главным инженером. В итоге уже 26 лет работаю в сельском хозяйстве.

Как на сегодняшний день обстоят дела в хозяйстве? Какое у вас поголовье?

— Дойное поголовье на сегодняшний день насчитывает 1200 коров, общее поголовье – около 3000. Помимо производства молока мы занимаемся откормом. Надой на одну корову -7600 литров, это показатель 2014 года, он постепенно растет.

Каждый год увеличиваем поголовье. Поскольку у нас племенное хозяйство, мы выращиваем нетелей, в том числе на продажу. За счет того, что не получается продать, каждый год увеличиваем поголовье. А проблемы с продажей молодняка существуют уже два года подряд. Но я об этом не жалею, в прошлом году это позволило увеличить поголовье на 40 голов, в этом году планируем увеличить на 120. Для этого строим новые фермы, инвестируем в производство.

Сколько, в среднем, получается продать в год?

— Как племпредприятие мы должны продать 10% от поголовья. То есть если у нас 1200 поголовье – 120 голов – на продажу.

— Расскажите, почему решились на робота-дояра компании ДеЛаваль. Почему именно ДеЛаваль?

— Первый робот появился в России в 2008 году на предприятии «Родина». С ДеЛаваль мы давно сотрудничаем, у нас тогда уже был доильный зал, холодильное оборудование, кормораздатчик. Мы съездили на «Родину», ознакомились с оборудованием, потом были на юбилее ДеЛаваль в Москве. В 2009 году я принял решение построить роботизированную ферму, но наступил кризис. К 2011 году последствия кризиса немного «размелись», бизнес стабилизировался, было принято решение вернуться к проекту. Я связался с голландцами (с компанией Lely – ред.), где мне было отказано, так как мне нужно было не 40 роботов, а лишь 4. ДеЛаваль мы знали на тот момент давно, знали, что компания надежная, в том числе по сервису, она уже присутствовала в регионе. Поэтому мы заключили контракт с компанией ДеЛаваль, о чем не жалею. Система добровольного доения компании мне очень нравится, как и вся система комфортного содержания коров — корова сама доится, сама кормится, сама отдыхает.

-Начали с четырех, а сколько сегодня у вас стоит роботов?

— Сегодня — семь. В этом году установим еще два робота, в следующем – планируем еще четыре. Всего будет тринадцать.

— Были ли трудности на первых порах? Как отреагировали животные?

— Мы больше боялись сами не справиться, потому что оборудование сложное, дорогое. Боялись поломок. Но у нас есть грамотные специалисты, которые проходят обучение, поэтому эти страхи не оправдались. В самом оборудовании были уверены. Еще боялись, что коровы не все подойдут, что вымя должно быть идеальным. Сейчас уже научились работать, все нормально.

-За счет каких средств покупается оборудование, какой был объем инвестиций?

— Инвестиции в первый двор, который был построен в 2011 году, составил 1 млн евро – только оборудование. Из них 30% наших собственных средств, остальное – заемные, субсидируемый кредит Сбербанка. Кредит был взят на 10 лет.  Второй двор мы делали в прошлом году, там стоит три робота, построили все сами.

-Понадобилась ли значительная модернизация животноводческих комплексов под роботов?

— У ДеЛаваль есть различные схемы. Нами было принято решение сделать двор так, чтобы коровам было комфортно. Поэтому мы не мудрили, а следовали всем рекомендациям, которые ДеЛаваль озвучил. Вся технология – полностью их: ширина двора, кормовой и навозный проходы. Как ДеЛаваль порекомендовал – так и сделали. Мы не экономили, главное – чтобы корове было комфортно. Все последующие дворы так же строим.

-После установки систем роботизированного доения сокращался ли персонал?

— У нас никогда не было излишка доярок. Состав персонала естественным образом отрегулировался – кто-то ушел на пенсию, кто-то перешел на более легкую работу. Мы никого не увольняли, старались сохранить рабочие места. Количество доярок уменьшается, больше стало работать мужчин.

-Вам хватает специалистов сегодня?

— Специалистов хватает, но ротация в любом случае идет, потому что происходит смена поколений. Приходят молодые специалисты, им передаются знания. После института приходят не совсем готовые специалисты, их нужно обучить. Поэтому недостатка кадров у нас нет, но и новый персонал мы набираем, для чего иногда заводим новые должности.

DN: Как происходит обучение молодых специалистов? Этим занимаются старшие сотрудники, или вы их отправляете на обучение в другое хозяйство или за границу?

— Сейчас очень много возможностей, мы работаем со многими фирмами – консалтинговыми, ветеринарными, зоотехническими. Они проводят много семинаров обучающих. Есть «Школа молока» в Вощажниково в Ярославле, есть «Школа действия» в Липецке у Евгении Уваркиной, в Питере. Передают знания и старшие специалисты. Я стараюсь сотрудников отправлять на семинары, чтобы они были в курсе того, что происходит в других хозяйствах и вообще в отрасли. Мы используем любые возможности для обучения персонала.

-Поделитесь опытом. За годы эксплуатации (получается за 4 года) роботов-дояров, какие у вас впечатления? Вы довольны?

— Я всем говорю, роботами я, конечно, доволен. Но недоволен дорогим сервисом. За роботами все равно будущее, система добровольного доения очень интересная, качество молока отличное, с животными все хорошо.

-А качеством работы сервисной службы вы довольны?

— Да, качеством сервиса я доволен. У многих других компаний это становится проблемой, оборудование невозможно эксплуатировать нормально без должного сервисного обслуживания. К ДеЛаваль в этом отношении претензий нет, у нас в регионе есть представительство – «Агромолсервис», договорные обязательства они выполняют.

— Вы делали сравнение, какая продуктивность была у коров до установки роботизированной системы и после?

— У первотелок на роботах лактационная кривая дольше держится – она поднимается и очень плавно идет вниз. То есть приходится коров запускать, которые даже по 24 литра доятся. Удобно, что это комфорт коровы, что ее никто не погоняет, не кричит на нее. Корова, все-таки, сама знает, что ей нужно. Поэтому с роботами она за лактацию дает больше молока.

-Сколько получается доений на корову в день?

— По-разному, от четырех до одного. Компьютером можно ограничить корову, а можно и не ограничивать – она подойдет, сколько ей надо. Так, некоторые один раз подходят, некоторые четыре, некоторые два. В среднем, три с небольшим получается.

До сих пор нет единого мнения, сколько раз лучше доить коров – три или два. На деле получается по-разному у разных коров.

-По качеству у вас какое молоко? Какие показатели белка, жира?

— Средний показатель жирности – 3,7-3,8, белка – 3,2.

— На сегодняшний день кому сдаете молоко?

— Молоко мы практически полностью сдаем на Архангельский молочный комбинат. Есть такое предприятие АО «Молоко».

— По какой цене?

— Смотря какими цифрами оперировать. Цена за высший сорт базы или за то, что получается. База у нас сейчас 19,30 руб. высший сорт без НДС.

-А себестоимость?

— 18,30 руб.

-Это с учетом установки роботов?

— Да.

— Без госсубсидий было бы сложнее?

— Если бы не было такой поддержки – областного бюджета и федерального – мы бы не смогли это все сделать. Да, банк даст кредит. Но его же нужно погасить и обеспечить жизнедеятельность предприятия. Господдержка позволяет иметь какую-то часть свободных средств оборотных и чувствовать себя гораздо комфортнее и надежнее.

Не было бы господдержки – были бы большие вопросы, стоит ли вкладывать такие деньги, потому что цена на молоко то растет, то падает. Мы роботов поставили, а цена в 2012 году упала так, что ниже некуда – доходила до 12 рублей за килограмм молока высшего сорта. При такой цене все бизнес-планы летят, ничего не считается, никакой прибыли нет.

— Как вы пришли к своему собственному комбикормовому заводу, как давно он запущен?

— Завод работает третий год. Эта идея витала в головах давно. Небольшое производство размола было, пришло время его менять. Решили полностью сделать реконструкцию, закупить не только дробилку, но и весовое оборудование, и смеситель, и бункера. Мы не жалеем, потому что себестоимость получается ниже, чем покупного корма. Самое главное, мы знаем, из чего делаем корма, из каких компонентов.

-Через какое время после запуска комбикормовый завод окупается?

— Это сложно подсчитать при таком рынке. Сегодня зерно стоит 6 рублей, завтра – 10 рублей, послезавтра – 12 рублей. По изначальным подсчетам должен был окупиться за 5 лет. Но сейчас не могу гарантировать, что это произойдет. Сейчас мы практически полностью себя обеспечиваем комбикормом. Мощности позволяют, не менее 10 тонн в час производим.

— Какая была заложена рентабельность в бизнес-план при установке роботов-дояров, какой срок окупаемости?

— Восемь лет.

-Какая, на ваш взгляд, должна быть цена на молоко, чтобы это оборудование окупилось за восемь лет?

Цена на молоко-сырье должна быть в пределах 28 рублей. Это необходимо и для того, чтобы сельское хозяйство могло не только жить, но и развиваться, платить налоги и реальные зарплаты. Это если говорить о нынешней ситуации, с учетом изменения цен на корма, электроэнергию, ГСМ, запчасти и прочее. Но то, что мы сейчас имеем – то имеем. 28 рублей – это цена, которую я бы хотел на этот год, в следующем она может измениться. При ней мое предприятие будет развиваться.

-Расскажите о достижениях вашего хозяйства за последние 10 лет.

— Я считаю, что самое большое достижение —  это то, что нам удалось сохранить коллектив, это позволяет нам идти дальше. Мы также закупили технику, прежде практически ничего не закупалось, только поддерживалось в рабочем состоянии. Стал меняться тракторный парк, парк сельхозмашин, практически через два года мы начали реконструкцию ферм. В любом случае животноводческие помещения после зимовок приходится подновлять. На тот момент большинство из них были в таком состоянии, что было принято решение реконструировать или ремонтировать все фермы. Каждый год мы ремонтировали помещения примерно на 200-400 голов. Сейчас уже конечно ремонтов стало меньше, техника обновлена практически полностью.

-Какая у вас техника?

— Как бы это не было прискорбно для отечественной промышленности, но в основном у нас импортная техника. Есть посевные комплексы Amazone (Германия), кормоуборочная техника Krone, Сlaas, Jaguar. Тракторы Джон Дир,Нью Холанд,Террионы ,есть у нас — Т-150К, считаю, что это неплохая техника,также трактора МТЗ.

-По семенам Вы с кем-то сотрудничаете?

— Наша агрономическая служба, какие бы не были тяжелые года, никогда не прекращала заниматься зерновыми. Всегда мы выращивали их, у нас были сушилки, сортировки и семена мы получали сами. В прошлом году у нас было заложено на семена 480 тонн. Семена трав тоже можно было бы получать самим, но с ними сложнее в части площадей, которых не хватает для зеленого корма, для силоса. Закупаем мы небольшую часть. Не хотело бы делать рекламу, но качество закупаемых семян нас устраивает.

-Как в хозяйстве обстоят дела с воспроизводством?

— Сложно. Голштинизация стада у нас идет достаточно давно. Вначале мы работали с вологодским племенным предприятием, потом работали с московским предприятием. На сегодняшний день мы уже второй год работаем с компанией Alta. Зоотехникам работать с ними нравится, т.к. идет достаточно хорошее сопровождение. Подбор быков был сделан именно для нашего предприятия и поголовья, ребята отнеслись к этому серьезно, и мы продолжаем с ними работать.

-Какие сложности есть в хозяйстве? Что следует совершенствовать и куда расти?

— Нет предела совершенству. Самая большая сложность – это кормление, качество кормов, воспроизводство, сохранность поголовья. Эти проблемы мы стараемся решить. Актуальна проблема кадров. Сегодня, даже если есть персонал, то высококвалифицированных кадров будет нехватка. С кадрами неразрывно связаны проблемы жилья, инфраструктуры, транспортной логистики. Иногда возникают проблемы с мостами. Поэтому у нас есть свои катера и паромы. Проблем достаточно много, но основные – это качество кормов, воспроизводство, кадровая проблема. Что касается строительства – не все гладко, но мы учимся и строим.

DN: По строительству хочу выразить свое восхищение: такого количества дерева в коровнике ни разу не видела – очень приятно для глаза.

— У нас были коровники в металокаркасе. Но такие конструкции требуют очень тщательного обслуживания: среда агрессивная в коровнике и постоянно приходится подновлять, обновлять лакокрасочное покрытие. Когда мы принимали решение строить дворы с роботами, то выбирали – ставить ли металокаркасную конструкцию или деревянную. Рассматривали предложения таких компаний как «Совмолко», которые ставят деревянный каркас, но не вписались в бюджет. Тогда и решили попробовать построить самим. Посоветовались с инженерами ДеЛаваль, решение вписалось в план с роботами. Получилось раза в три дешевле, чем могло быть.

-Какова цена за скотоместо в этих коровниках?

— 240 тыс. рублей вместе с оборудованием.

-Вы сказали, что себестоимость производства молока на сегодняшний день 18,3 рубля. А если бы там стояло другое оборудование, какой была бы себестоимость? Делали ли такое сравнение?

— Конечно, делали. В структуре затрат примерно 30% занимает амортизация. В структуре себестоимости эта статья у нас на самом деле растет, но мы сокращаем другие статьи расходов. Такая себестоимость сегодня нам позволяет жить и обеспечивать предприятие. Когда цена опускается, наступают сложности.

— Есть ли проблема с маститами?

— Маститы есть, но нельзя назвать это большой проблемой.  По хозяйству есть механические маститы, они легко лечатся. На тех дворах, где установлен робот-дояр, с рисками маститов еще проще: робот доит бережно, микроклимат в коровнике хороший, вентиляция хорошая. Как говорят мне ветврачи: это не самая наша большая проблема. Они есть, мы их лечим.

-Расскажите, пожалуйста, о планах на развитие?

— В этом году мы строим первую очередь комплекса на 450 голов дойного стада. Это будет цех для сухостоя, боксы для отела и содержание телят. Этот двор будет соединен с молочным блоком. В следующем году мы должны будем построить двор на 4 робота.

-Какой объем инвестиций в этот проект?

— 102 млн рублей в первый двор, немного меньше во второй.

-Собственные или заемные средства?

— В этом году мы пока справляемся собственными силами. По следующему году пока не могу ничего гарантировать. Строить в любом случае будем. И на третий год планируется строительство телятника. В связи с этими планами планируется увеличение поголовья, на будущий год – до 1650 дойного стада.

-Каким Вы видите предприятие «Важское» через 10 лет?

— Даже не знаю, что сказать. Что такое 10 лет? Я пришел на работу, выбрали меня директором – прошло десять лет. Я сижу и думаю, как бы мне зарплату заплатить, электроэнергию оплатить, ГСМ, трактора в поле вывести. То, что через 10 лет у нас будут стоять роботы – мы и подумать не могли. Сейчас все происходит очень динамично. Единственное, что могу сказать – мы однозначно будем двигаться вперед. Мы будем использовать новые технологии и технику. На самом деле уже сегодня в России доступно все, что может использовать фермер в мире. Мы пользуемся тем же оборудованием, теми же программами. То, что снижает нашу конкурентоспособность – это низко развитая социальная инфраструктура, бухгалтерское законодательство, которое не дает развиваться.

— Каким будет предприятие через 10 лет? Надеюсь, что еще лучше.

-Что бы Вы пожелали нашим российским фермерам, аграриям, ведущим достаточно непростой труд?

— Это очень непростой труд. Я по специальности инженер-механик, но, когда стал директором, стал больше внимания уделять и растениеводству, и зоотехнии, агрономии, ветеринарии. Там все очень и очень интересно, и непросто. До того я работал только с железом, отвечал за технику и не знал тонкостей всего остального в хозяйстве. Пожелать другим хозяйствам хочу адекватной цены на молоко, чтобы государство нас поддерживало. А мы сможем обеспечить страну – люди в России очень хорошо умеют работать.

-Закончите, пожалуйста, фразу, «Робот-дояр для вас – это»?

— Хорошая штука, которая дана нам в помощь. Он позволяет нам двигаться вперед. Это комфорт для коров и работников хозяйства.

Меня все спрашивают – что вам больше нравится, доильный зал или роботы? Все решения имеют место быть. Все зависит от производственных целей и имеющихся финансов. Мне кажется, что робот – это пока вершина. Может быть, потом будет что-то лучше.

Мне в роботе нравится сама философия – система добровольного доения. Если в доильном зале надо пригнать корову, где-то они там толкаются, фиксируют ее, доят, она уходит. Я не думаю, что корове интересно потолкаться – в роботе-дояре же ей никто не мешает, она может спокойно поесть, ее спокойно подоят.

 

Источник:www.dairynews.ru

Добавить комментарий