Архив рубрики ПРОИЗВОДСТВО МОЛОКА

Архив за: 29-06-2018

755301750807657

Вологодская область способна обеспечить сырьём новый молочный кластер

Об этом сегодня во время традиционного пресс-завтра для вологодских журналистов заявил заместитель губернатора области Михаил Глазков. Он ответил на вопрос РБК Вологодская область, связанный со способностью аграрного комплекса региона обеспечить молоком амбициозный замысел... 

Архив за: 19-06-2018

picture_v-iskusstvennyj-intel_831_s1

В искусственный интеллект для надзора за коровами вложили €4.2 млн

Голландская компания Connecterra собрала 4,2 млн евро в рамках финансирования серии А. Она разрабатывает умного помощника для животноводов. Здесь используются самые прогрессивные технологии Помощник для фермера «Ида» — это сервис с искусственным интеллектом, который... 

Архив за: 18-06-2018

KVR_001111_00029_1_t218_135648

В Удмуртии вырос объем производства молока

По итогам пяти месяцев 2018 года в Удмуртии сельхозорганизации и крестьянско-фермерские хозяйства произвели 299 тыс. т молока, что на 2,4% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.  В среднем надои от каждой коровы выросли на 41 кг — до 2 589 кг. Ранее профильный... 

Архив за: 30-05-2018

_dsc9719-24

Правительство Удмуртии вернулось к цели производить 1 млн тонн молока в год

К 2025 году в Удмуртии планируют выйти на ежегодное валовое производство молока в размере 1 млн тонн. Как рассказала министр сельского хозяйства республики Ольга Абрамова 29 мая, для этого будет разработана четкая стратегия развития отрасли. «В том числе строительство и модернизация... 

Архив за: 08-05-2018

KVR_000810_00121_1_t218_223910

Новосибирские фермеры грозят резать коров из-за падения цен на молоко

По мнению экспертов рынка, дешевое импортное сухое молоко может «убить» местное животноводство.  По данным издания dairynews.ru, к 4 мая текущего года средневзвешенная цена на сырое молоко в Новосибирской области составила 17,5 руб. Этот показатель за неделю опустился почти на 7%.... 

Архив за: 29-04-2018

прп

Молочная отрасль просит госрегулирования

Молочная отрасль – одна из наиболее нестабильных в агропромышленном комплексе. Несмотря на меры поддержки, оказываемые государством в приоритетном порядке, отрасль вновь лихорадит от ценовых скачков, засилья фальсификата и снижения продаж молочных продуктов. О факторах,... 

прп

Молочная отрасль просит госрегулирования   Молочная отрасль – одна из наиболее нестабильных в агропромышленном комплексе. Несмотря на меры поддержки, оказываемые государством в приоритетном порядке, отрасль вновь лихорадит от ценовых скачков, засилья фальсификата и снижения... 

Архив за: 08-04-2018

01-52

Ветер в сырной голове

Нельзя сказать, что последние годы народ катается точно сыр в масле – и то и другое многим стало не по карману. Но сыровары всё-таки радуют, как могут. Как подсчитал Минсельхоз, в 2017 г. им наконец удалось поднять выпуск настолько, чтобы перевыполнить правительственные планы... 

Архив за: 16-03-2018

KVR_001111_00029_1_t218_135648

Аграриям сняли пенки

Власти Удмуртии заявили о невозможности дополнительного финансирования молочного производства Властям Удмуртии удалось увеличить объем государственной поддержки молочной отрасли в 2018 году на 200 млн руб. Однако местные производители оценивают ситуацию в отрасли как «крайне... 

Архив за: 12-03-2018

12

Козы. Интервью с Ильей Бондаревым, генеральным директором «УГМК-Агро»

Накануне «УГМК-Агро» анонсировала строительство козоводческого комплекса на 12 тыс. коз до 2022 года и завода по производству детского питания из козьего молока. Ожидается, что компания вложит в проект порядка 3 млрд. рублей. Как развивается козоводческое направление крупного... 

Архив за: 21-02-2018

курск

Новый молочно-товарный комплекс запущен в Курской области.

В январе 2018 года состоялся запуск нового молочно-товарного комплекса ООО «Луч», расположенного в Курской области, Мантуровского района, с.Большие Бутырки. Доильный зал комплекса оборудован установкой типа «Параллель» Global 90i 2х20 доильных мест производства немецкого концерна... 

Архив за: 12-02-2018

picture_amerikanskij-agrogiga_664_s1

Американский агрогигант инвестировал в Face ID для коров

Распознавание лица (Face ID), которое используется для разблокирования iPhone X, поможет увеличить производство молока. Технология распознавания лица вскоре может помочь фермерам быть более осведомленными о здоровье домашнего скота. Решение с этой технологией обещает предоставить... 

Архив за: 31-01-2018

IMG_1863

В Ульяновской области в ООО «КФХ Возрождение» был запущен в эксплуатацию новый доильный зал.

В начале января 2018 года в ООО «КФХ Возрождение» начал работать очередной современный доильный зал производства компании GEA — Ёлочка 2х10 EuroClass 1200. Данный доильный зал установлен в родильном отделении нового комплекса. Запуск доильного зала и первые доения прошли по плану,... 

Архив за: 11-01-2018

IMG-20171117-WA0014

Новый доильный зал типа «Параллель» Global 90i 2×18 введен в эксплуатацию в Омской области

06 января 2018 года в рамках рабочей поездки врио губернатора Александр Бурков посетил новый животноводческий комплекс КХ «Тритикум» на 520 голов в Черлакском районе.   В новом комплексе установлен доильный зал типа «Параллель» Global 90i 2×18 производства немецкого концерна GEA... 

Архив за: 27-12-2017

cheese-t

Маркировку молочных суррогатов начнут в середине 2018 года

Чиновники третий год обещают раскрыть состав пальмовой вкуснятины С середины следующего года треть упаковки каждого молочного продукта с пальмовым маслом будет занята информацией о присутствии заменителей сыров, масла и творога. С таким требованием к маркировке наши чиновники... 

Архив за: 22-12-2017

_dsc9302-1_0

В ООО Тюменские молочные фермы запущен в эксплуатацию новый молочный комплекс с доильной каруселью GEA

В декабре 2017 года в Тюменской области состоялось открытие молочно-товарного комплекса на 4600 голов дойного стада, который принадлежит одному из крупнейших аграрных холдингов России «Дамате». Главная цель молочно-товарного комплекса – получение высококачественного молока.... 

Архив за: 12-12-2017

1038631

Цена свободы. Как развивалась молочная отрасль ЕС после отмены квот

1 апреля 2015 ЕС отменил квоты на молоко, существовавшие в течение 30 лет, начиная с 1984 года. Причина – почему была введена квота на молоко для каждого государства-члена ЕС – заключалась в том, чтобы обеспечить управление ежегодными периодическими дисбалансами между спросом и... 

Архив за: 07-12-2017

KPE_000762_00001_1_t218_202630

Без особого напряжения

Учхоз «Липовая гора» остался без энергоснабжения Как стало известно „Ъ-Прикамье“, начало деятельности новых АО на базе ФГУП «Учхоз „Липовая гора“» оказалось под вопросом: «Пермэнергосбыт» отказывался заключать договор на энергоснабжение без решения вопросов долга... 

Архив за: 28-11-2017

Cow_Brown_haired_Sitting_505050_1440x900

Топ-30: регионы-лидеры в производстве молока в сельхозпредприятиях за десять месяцев 2017 года

За десять месяцев текущего года сельхозпредприятиями первой тройки рейтинга произведено 2 млн 214 тыс. тонн молока. В топ-5 регионов сельхозорганизации произвели 3 млн. 197 тыс. тонн молока. В целом рейтинг достаточно стабилен за исключением роста показателей отдельных регионов. Материал... 

Архив за: 23-11-2017

KKZ_001835_00009_1_t218_000951

Молоко свернулось

В Татарстане завершили передел агрохолдинга «Вамин Татарстан» В Татарстане закрыто дело о банкротстве в прошлом крупнейшего агрохолдинга «Вамин Татарстан», долги которого перед банками-кредиторами превышали 12,6 млрд руб. Имущество должника удалось продать лишь за 2,7 млрд... 

123
755301750807657

Вологодская область способна обеспечить сырьём новый молочный кластер

Об этом сегодня во время традиционного пресс-завтра для вологодских журналистов заявил заместитель губернатора области Михаил Глазков.

Он ответил на вопрос РБК Вологодская область, связанный со способностью аграрного комплекса региона обеспечить молоком амбициозный замысел губернатора Олега Кувшинникова к концу 2019 года создать в регионе мощный, крупнейший в России сельскохозяйственный молочный кластер. Эту идею губернатор впервые озвучил в июне на встрече в Санкт-Петербурге с руководством компании «Нева Милк», которая должна стать якорным инвестором нового кластера.

Сейчас в планах «Нева Милк» строительство завода по производству сыров в Череповце и второй очереди перерабатывающего производства на базе ОАО «Северное молоко» в Грязовце.

Как сообщил Михаил Глазков, перед этой встречей Олег Кувшинников интересовался способностью региона удовлетворить потребности новых проектов в молоке. По предварительной оценке, для этого потребуется дополнительно порядка 120 тонн молока в сутки, регион же, по словам чиновника, обладает резервом в 300 тонн молока суточного производства.

Всего в Вологодской области в прошлом году, отметил Глазков, было произведено более 500 тыс. тонн молока. Более 200 тыс. тонн было вывезено на переработку за пределы региона.

«Таким образом, мы производим молока почти в два раза больше, чем можем переработать. Запас сырья огромный», — констатировал заместитель губернатора.

Тем не менее, очевидно, что этот запас всё-таки считается в правительстве региона недостаточным для масштабов «всероссийского» молочного кластера. Поэтому, как сообщил Михаил Глазков, рассматриваются планы по запуску целого ряда «мощных» инвестпроектов, связанных с молочным производством. 10 новых животноводческих комплексов на территории Вологодской области будут запущены уже в 2018 году.

Впрочем, судя по ответам на вопросы заместителя губернатора, курирующего сельского хозяйство региона, молочное производство остаётся едва ли не самой благополучной его отраслью. Что касается других направлений, то аграрный комплекс Вологодчины существенно уступает в конкурентоспособности южным и даже центральным регионам России. Это относится, например, к мясному производству (особенно к производству говядины), которое для того, чтобы хотя бы не исчезнуть полностью, нуждается в дотациях из областного бюджета.

Есть проблемы и с растениеводством. Несмотря на то, что, как говорит Глазков, «значительную часть борщевого набора мы производим сами», капуста, выращенная на Вологодчине, существенно дороже привозной. И чтобы не прекратить её собственное производство правительство региона вынуждено дотировать закупку хозяйствами семян и рассады.

Журналисты задали Михаилу Глазкову вопрос о том, как скажется на местных предпринимателях, производящих иван-чай, приход в регион такого крупного игрока, как компания «Май Фуд», намеревающаяся наладить в Вологодской области собственное крупное производство иван-чая.

Заместитель губернатора не согласен с тем, что приход федерального игрока убъёт местных производителей. Залог обеспечения честной конкуренции он видит в том, что районы области поделены между местными предпринимателями и «Май Фуд». Первые получили в свое распоряжение участки в Тарногском, Междуреченском, Шекснинском, Череповецком и остальных западных районах до границы с Ленинградской областью. «Май Фуд» будет работать в Грязовецком и Междуреченском районах.

Сергей Авдеев.

picture_v-iskusstvennyj-intel_831_s1

В искусственный интеллект для надзора за коровами вложили €4.2 млн

Здесь используются самые прогрессивные технологии

Помощник для фермера «Ида» — это сервис с искусственным интеллектом, который использует данные, собранные от коров, и предоставляет разные рекомендаций. Миссия этой программы — помочь аграриям сделать самую эффективную молочную ферму в мире.

Проект поддержал и ЕС, предоставив грант в рамках программы Horizons 2020. Получить деньги от этой программы крайне тяжело. Лишь двум процентам желающих это удается. «Обрести грант в условиях такой жесткой конкуренции — это еще одно подтверждение того, что у проекта очень хорошая команда и самые прогрессивные технологии в сфере диджитал-животноводства», — говорит Майкл Дин, глава инвестиционного отдела AgFunder.

IDA-Connectera

Система расскажет о болезнях скота, а также определит самых эффективных коров

«Ида» собирает данные о коровах, которые затем обрабатывает и анализирует для обнаружения проблем со здоровьем, например, мастита, хромоты или проблем с питанием. Система также поможет фермерам определиться с наилучшим временем для осеменения коровы. В ближайшем будущем «Ида» сможет определять, когда корова ожидает телят. Компания Connecterra также проверяет способность программы идентифицировать наиболее эффективную корову, которая лучше подойдет для разведения.

Программа также может отслеживать изменения на ферме и рассказывать вам, какое именно влияние они оказывают на поведение коров. Для этого используются датчики. Стоит отметить, что «Ида» также оснащена технологией машинного обучения, то есть ее алгоритмы постоянно совершенствуют продукт.

«Наша программа отличается своей простотой, а также тем, что она дает полную картину по стаду», — говорит Ясир Хохар, генеральный директор Connecterra.

На «Ида» уже положили глаз в Danone

Помимо работы с фермерами — от 50 коров до 10 тыс. — у Connecterra есть несколько крупных клиентов в отрасли, включая Danone, которая известна своими йогуртами. По словам Хохара, Danone работает над улучшением благосостояния животных и эффективностью фермерских хозяйств, поэтому рассматривает возможность создания своего приложения на базе платформы от Connecterra.

У «Ида» уже несколько тысяч подписчиков. Программа доступна в Канаде, США и Западной Европе. Однако Хохар утверждает, что продуктом много интересуются «почти во всех уголках мира, включая Эквадор, Южную Африку и Монголию».

Компания использует полученное финансирование для дальнейшего развития своих технологий и выхода на новые рынки. Она также увеличивает команду, поэтому ищет техников и аккаунт-менеджеров в США и Европе.

По материалам AgFunder.

http://agro-max.ru

KVR_001111_00029_1_t218_135648

В Удмуртии вырос объем производства молока

По итогам пяти месяцев 2018 года в Удмуртии сельхозорганизации и крестьянско-фермерские хозяйства произвели 299 тыс. т молока, что на 2,4% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

 В среднем надои от каждой коровы выросли на 41 кг — до 2 589 кг.

Почему аграриям сняли пенки

Ранее профильный министр Ольга Абрамова сообщала, что власти Удмуртии рассчитывают сохранить продуктивность производства молока на уровне 2017 года и не прогнозируют приросты. С начала года в республике сохраняется напряженная ситуация с закупочными ценами на сырье.

Юлия Стерхова

_dsc9719-24

Правительство Удмуртии вернулось к цели производить 1 млн тонн молока в год

К 2025 году в Удмуртии планируют выйти на ежегодное валовое производство молока в размере 1 млн тонн. Как рассказала министр сельского хозяйства республики Ольга Абрамова 29 мая, для этого будет разработана четкая стратегия развития отрасли.

«В том числе строительство и модернизация ферм, развитие технологий, привлечение новых технологий и реализация лучших практик в Удмуртии»,— прокомментировала госпожа Абрамова. Напомним, что программа по производству 1 млн тонн молока в год была разработана при бывшем главе региона Александре Соловьеве, достичь результата планировалось к 2020 году. В декабре 2017 года первый вице-премьер Удмуртии Александр Свинин заявил, что прийти к данной цели было невозможно. «Перед нами стоит задача за январь-февраль написать вместе с нашими сельхозтоваропроизводителями полноценную стратегию развития сельского хозяйства в Удмуртии на два-три года»,— говорил господин Свинин. В качестве первоочередной задачи он называл решение проблем с лейкозом.

Ранее «Ъ-Удмуртия» писал, что в 2017 году в республике было произведено более 680 тыс. тонн молока. Производство продукта на душу населения составляет 490 кг в год, потребление — 266 кг в год. Руководство региона пытается увеличить объем переработки молока, в том числе при помощи компаний федерального и мирового уровня.

Юлия Стерхова

Источник: http://kommersant.ru

KVR_000810_00121_1_t218_223910

Новосибирские фермеры грозят резать коров из-за падения цен на молоко

По мнению экспертов рынка, дешевое импортное сухое молоко может «убить» местное животноводство. 

По данным издания dairynews.ru, к 4 мая текущего года средневзвешенная цена на сырое молоко в Новосибирской области составила 17,5 руб. Этот показатель за неделю опустился почти на 7%. А по сравнению с маем прошлого года разница составляет 38,2%.

Специалисты отрасли видят несколько причин в снижении цен на сырое молоко.

Бывший министр сельского хозяйства Новосибирской области Василий Пронькин в беседе с РБК Новосибирск, отметил, что, во-первых, цены на сырое молоко упали из-за бесконтрольного ввоза сухого молока и молочной продукции на территорию РФ.
«Порядка 2,8 тыс. тонн сухого молока завезли на территорию Новосибирской области. В том числе из-за рубежа. Хотя на конец года у нас 800-900 тонн сухого молока идет на излишки. Мы могли бы использовать собственное молоко», — отметил спикер.

Основной экспортер сухого молока и молочной продукции в Россию — Беларусь. Также ввозится продукция из Уругвая, Польши, Новой Зеландии и Украины.

Вторая причина, по мнению Пронькина — молоко новосибирских производителей не всегда соответствует международным стандартам, предъявляемых к сухому молоку. Ветеринарная электронная сертификация, которая будет внедрена в июле этого года, по мнению эксперта, поможет «навести порядок».

Как сообщил РБК Новосибирск другой источник на одном из региональных молочных предприятий, цены на сырое коровье молоко опустились из-за введения в прошлом году нового ГОСТа. «Корову перевести с одного показателя на другой — сложно. Все [производители] начали регулировать ценой. Значительное число сырого молока поступает из личных подсобных хозяйств. А кто его проверяет в них? Отсюда цена и варьируется», — рассказал источник.

Он добавил, что основная масса молока, поступающего на переработку, не соответствует высшему и первому сортам. Это является одним из факторов снижения цены на продукт. «То есть у молока более низшего сорта соответственно ниже и цена. Так как значительное количество сырого молока, особенно в Алтайском крае и республике Алтай, поступает из личных подсобных хозяйств, то о какой сортности можно говорить», — отметил собеседник.

Еще одну причину Василий Пронькин видит в том, что по сравнению с прошлым годом, количество ежедневно реализуемого производителями молока увеличилось на 100 тонн. «Оно должно найти своего потребителя. Соответственно, когда на рынке молока много — его цена падает», — отметил Пронькин.

Если цены на сырое молоко не изменятся, то фермеры, понесшие убытки в связи с зерновыми проблемами прошлого года, начнут сокращать поголовье молочных коров.

«Если цена на молоко не изменится, то к осени мы начнем вырезать коровушек. Хотели бы мы, не хотели бы, но нам нужно платить кредиты, лизинги, нам нужно людям зарплату платить, налоги — нас от налогов никто не освободил», — рассказал телеканалу «Вести Новосибирск» глава колхоза «Наша Родина» Анатолий Якубин.

Автор: Алексей Коваленок.

Источник6: http://rbk.ru

прп

Молочная отрасль просит госрегулирования

Молочная отрасль – одна из наиболее нестабильных в агропромышленном комплексе. Несмотря на меры поддержки, оказываемые государством в приоритетном порядке, отрасль вновь лихорадит от ценовых скачков, засилья фальсификата и снижения продаж молочных продуктов. О факторах, негативно влияющих на молочный рынок, и мерах стабилизации рассказал член Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам, председатель Совета Российского союза производителей молока Аркадий ПОНОМАРЕВ.

 – Казалось бы, российская молочная отрасль вышла на траекторию роста. Ограничением поставок из Республики Беларусь российское правительство пытается оттеснить маститого конкурента… Чем же вызвана разбалансированность молочного рынка, о которой говорят отраслевые эксперты?

– Одна из причин турбулентности на молочном рынке – неравномерное развитие производственных и перерабатывающих мощностей. Более 10 лет усилия государства были сконцентрированы на преодолении стагнации в молочном животноводстве. Проблемы перерабатывающего сектора долгое время оставались в тени.

Но как только подтянули надои, остро стал вопрос нехватки перерабатывающих мощностей. В регионах с дефицитом перерабатывающих заводов цена на молоко-сырье опустилась до минимума – 19 руб./кг при средневзвешенной цене в диапазоне 23–24 руб./кг. Хозяйства уходят в отрицательную доходность. Еще несколько месяцев работы в таком режиме – и к осени производители начнут изводить скот.

– Как избежать отката назад? Есть ли необходимость в усилении регулирующего воздействия государства?

– Государство должно участвовать в регуляции отраслевых затрат. Прежде всего, фиксировать на приемлемом уровне тарифы естественных монополий, стоимость ГСМ. Иначе финансовые вливания без сокращения издержек в производственном секторе лишены смысла.

В пересмотре нуждается и принцип дотирования АПК. Нужно проанализировать себестоимость молока, слагаемые затрат на производство одного килограмма. В их числе состояние племенной и кормовой базы, обеспеченность стойловыми помещениями, оборудованием, маневренность оборотных средств для развития и т.д. Тогда появится ясность, в каком сегменте на данный момент отставание и как корректировать господдержку.

При этом должен быть жесткий контроль за эффективностью освоения бюджетных средств. Государство должно понимать, какая отдача в виде достигнутых показателей на каждый вложенный рубль. А вложено в молочный сектор немало, только за последние 5 лет объем государственных инвестиций составил более 95 млрд рублей.

– Подразумевает ли такая корректировка дополнительное финансирование?

– Сельскохозяйственная отрасль в принципе недофинансирована. Правительство это понимает и старается поддерживать АПК эпизодическими «инъекциями». Но речь не столько о выделении дополнительных средств, сколько об эффективном распоряжении теми финансами, что есть. Если деньги распределять точечно, выбирать наиболее проблемные направления, дополнительного финансирования, возможно, и не потребуется.

Стоит отметить, что помимо дофинансирования есть незатратный и, возможно, наиболее приемлемый на сегодняшний день подход. Это регулирование рынка готовой продукции.

Ведь в компетенции государства – закрыть предприятия, выпускающие фальсификат, пресечь контрабанду продуктов. У антимонопольной службы достаточно полномочий, чтобы упразднить диктат торговых сетей. При необходимости Россия умеет быть бескомпромиссной в отношении нечестных зарубежных партнеров. Примеры тому – эмбарго в отношении западных стран, блокада поставок сверх квот из Республики Беларусь. Зачастую, кстати, поставок некачественной и контрабандной продукции.

Мы видим, с каким накалом проходят переговоры о фиксации квот, о ценах не ниже рыночных. Белорусская сторона вынуждена освобождать занятые на российском рынке позиции. Предельный объем поставок, например, сухого обезжиренного молока снизится для нее до 60 тыс. тонн против 120 тыс. тонн, поставленных в прошлом году.

Можем же, когда захотим, быть последовательными и убедительными!

Вот в этом и суть регулирующего воздействия: решительно защищать интересы страны, своих производителей от недобросовестной конкуренции, быть гарантом законности и порядка на продовольственном рынке.

И делать это нужно не от случая к случаю. Весь арсенал регулятивных мер должен исправно работать на достижение одной цели – баланса производства и потребления, импорта и экспорта продовольствия. Только в этом случае уйдут перекосы и перестанет лихорадить рынок.

– Как предлагаете стимулировать потребление в условиях снижения благосостояния населения?

– Проверенной мировой практикой: принятием социальных программ, таких как «Школьное молоко», «Продовольственные карты» для малообеспеченных слоев населения, закупки для государственных нужд. Эти меры простимулируют спрос. С увеличением емкости рынка уйдет проблема перепроизводства сырья. Эти программы – мощный социальный и экономический инструмент стабилизации продовольственного рынка России.

– Программы, бесспорно, хорошие, но как быть с теми же госзакупками, которые сегодня служат основным каналом сбыта молочного фальсификата?

– Систему поставок в бюджетные учреждения однозначно нужно менять. Вот только как? Вразумительных предложений никто пока не сформулировал. Ясно одно: пока определяющим критерием поставок служит цена контракта, а не качество и пищевая ценность продуктов, проблему можно решать только усилением ответственности. Складывающаяся ситуация по фальсификату дает все политические, экономические и правовые основания для уголовного преследования за подобный обман. Наказывать нужно не только за производство и реализацию фальсификата, но и привлечение недобросовестных поставщиков в сферу закупок. Ведь именно руководители бюджетных организаций принимают решение, какой закупать продукт: подешевле или качественный, но дороже.

– Повлияют ли на ситуацию с фальсификатом новые правила маркировки молочной продукции? В этом вопросе столько нововведений: есть молоко и есть молокосодержащие продукты с заменителем молочного жира, а внутри этой группы еще и те, что произведены по технологии сыра, сметаны, творога и т.п. Впору запутаться…

– За шумихой о терминологии упускается принципиальное противоречие: существование в одном правовом поле молочных и «околомолочных» продуктов. В молокосодержащих продуктах молочный жир разрешено заменять на растительный в пределах 50%. Но поскольку нет стандартизированных методов контроля за соотношением растительного и молочного жира в готовой продукции, невозможно проверить, как соблюдается данное требование. Недобросовестный производитель свободно может фальсифицировать состав продукта, пользуясь лазейкой в законодательстве. Именно поэтому ни в одной стране мира производство этих продуктов не регулируется одним техрегламентом, кроме России.

И мы должны не семантикой терминов заниматься, а развести эти разные по сути продукты по сторонам. Нужно вернуться к производству продуктов по национальным стандартам, по ГОСТам. Они позволят провести грань между легальной продукцией и фальсификатом. Его проще будет вытеснить с рынка. Кроме того, работа по ГОСТам вернет доверие потребителей, что в условиях снижения продаж играет немаловажную роль.

– Если резюмировать, какие меры должно предпринять государство, чтобы направить отраслевые процессы в стабильное русло?

– Прежде всего разобраться с фальсификатом. Если ситуация по нему не изменится, никакие финансовые вливания отрасль не спасут.

Второе – защитить рынок квотированием поставок извне. Интересы России должны стоять выше коммерческих интересов отдельных компаний, работающих на зарубежном сырье.

Третье – нужно разобраться с внутренними финансовыми потоками. Таким образом перераспределить бюджет АПК, чтобы в первоочередном порядке поддержать наиболее проблемные направления – молочное животноводство, перерабатывающий сектор. Направления жестко взаимоувязаны, малейшее отставание одного приводит к значительному откату другого. Государство должно принимать самое деятельное участие в их судьбе.

Это те «пожарные» меры, которые позволят перенастроить молочный рынок на положительный тренд.

http://agro-max.ru

прп

Молочная отрасль просит госрегулирования

 

Молочная отрасль – одна из наиболее нестабильных в агропромышленном комплексе. Несмотря на меры поддержки, оказываемые государством в приоритетном порядке, отрасль вновь лихорадит от ценовых скачков, засилья фальсификата и снижения продаж молочных продуктов. О факторах, негативно влияющих на молочный рынок, и мерах стабилизации рассказал член Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам, председатель Совета Российского союза производителей молока Аркадий ПОНОМАРЕВ.

 

 

– Казалось бы, российская молочная отрасль вышла на траекторию роста. Ограничением поставок из Республики Беларусь российское правительство пытается оттеснить маститого конкурента… Чем же вызвана разбалансированность молочного рынка, о которой говорят отраслевые эксперты?

– Одна из причин турбулентности на молочном рынке – неравномерное развитие производственных и перерабатывающих мощностей. Более 10 лет усилия государства были сконцентрированы на преодолении стагнации в молочном животноводстве. Проблемы перерабатывающего сектора долгое время оставались в тени.

Но как только подтянули надои, остро стал вопрос нехватки перерабатывающих мощностей. В регионах с дефицитом перерабатывающих заводов цена на молоко-сырье опустилась до минимума – 19 руб./кг при средневзвешенной цене в диапазоне 23–24 руб./кг. Хозяйства уходят в отрицательную доходность. Еще несколько месяцев работы в таком режиме – и к осени производители начнут изводить скот.

– Как избежать отката назад? Есть ли необходимость в усилении регулирующего воздействия государства?

– Государство должно участвовать в регуляции отраслевых затрат. Прежде всего, фиксировать на приемлемом уровне тарифы естественных монополий, стоимость ГСМ. Иначе финансовые вливания без сокращения издержек в производственном секторе лишены смысла.

В пересмотре нуждается и принцип дотирования АПК. Нужно проанализировать себестоимость молока, слагаемые затрат на производство одного килограмма. В их числе состояние племенной и кормовой базы, обеспеченность стойловыми помещениями, оборудованием, маневренность оборотных средств для развития и т.д. Тогда появится ясность, в каком сегменте на данный момент отставание и как корректировать господдержку.

При этом должен быть жесткий контроль за эффективностью освоения бюджетных средств. Государство должно понимать, какая отдача в виде достигнутых показателей на каждый вложенный рубль. А вложено в молочный сектор немало, только за последние 5 лет объем государственных инвестиций составил более 95 млрд рублей.

 

– Подразумевает ли такая корректировка дополнительное финансирование?

– Сельскохозяйственная отрасль в принципе недофинансирована. Правительство это понимает и старается поддерживать АПК эпизодическими «инъекциями». Но речь не столько о выделении дополнительных средств, сколько об эффективном распоряжении теми финансами, что есть. Если деньги распределять точечно, выбирать наиболее проблемные направления, дополнительного финансирования, возможно, и не потребуется.

Стоит отметить, что помимо дофинансирования есть незатратный и, возможно, наиболее приемлемый на сегодняшний день подход. Это регулирование рынка готовой продукции.

Ведь в компетенции государства – закрыть предприятия, выпускающие фальсификат, пресечь контрабанду продуктов. У антимонопольной службы достаточно полномочий, чтобы упразднить диктат торговых сетей. При необходимости Россия умеет быть бескомпромиссной в отношении нечестных зарубежных партнеров. Примеры тому – эмбарго в отношении западных стран, блокада поставок сверх квот из Республики Беларусь. Зачастую, кстати, поставок некачественной и контрабандной продукции.

Мы видим, с каким накалом проходят переговоры о фиксации квот, о ценах не ниже рыночных. Белорусская сторона вынуждена освобождать занятые на российском рынке позиции. Предельный объем поставок, например, сухого обезжиренного молока снизится для нее до 60 тыс. тонн против 120 тыс. тонн, поставленных в прошлом году.

Можем же, когда захотим, быть последовательными и убедительными!

Вот в этом и суть регулирующего воздействия: решительно защищать интересы страны, своих производителей от недобросовестной конкуренции, быть гарантом законности и порядка на продовольственном рынке.

И делать это нужно не от случая к случаю. Весь арсенал регулятивных мер должен исправно работать на достижение одной цели – баланса производства и потребления, импорта и экспорта продовольствия. Только в этом случае уйдут перекосы и перестанет лихорадить рынок.

– Как предлагаете стимулировать потребление в условиях снижения благосостояния населения?

– Проверенной мировой практикой: принятием социальных программ, таких как «Школьное молоко», «Продовольственные карты» для малообеспеченных слоев населения, закупки для государственных нужд. Эти меры простимулируют спрос. С увеличением емкости рынка уйдет проблема перепроизводства сырья. Эти программы – мощный социальный и экономический инструмент стабилизации продовольственного рынка России.

– Программы, бесспорно, хорошие, но как быть с теми же госзакупками, которые сегодня служат основным каналом сбыта молочного фальсификата?

– Систему поставок в бюджетные учреждения однозначно нужно менять. Вот только как? Вразумительных предложений никто пока не сформулировал. Ясно одно: пока определяющим критерием поставок служит цена контракта, а не качество и пищевая ценность продуктов, проблему можно решать только усилением ответственности. Складывающаяся ситуация по фальсификату дает все политические, экономические и правовые основания для уголовного преследования за подобный обман. Наказывать нужно не только за производство и реализацию фальсификата, но и привлечение недобросовестных поставщиков в сферу закупок. Ведь именно руководители бюджетных организаций принимают решение, какой закупать продукт: подешевле или качественный, но дороже.

– Повлияют ли на ситуацию с фальсификатом новые правила маркировки молочной продукции? В этом вопросе столько нововведений: есть молоко и есть молокосодержащие продукты с заменителем молочного жира, а внутри этой группы еще и те, что произведены по технологии сыра, сметаны, творога и т.п. Впору запутаться…

– За шумихой о терминологии упускается принципиальное противоречие: существование в одном правовом поле молочных и «околомолочных» продуктов. В молокосодержащих продуктах молочный жир разрешено заменять на растительный в пределах 50%. Но поскольку нет стандартизированных методов контроля за соотношением растительного и молочного жира в готовой продукции, невозможно проверить, как соблюдается данное требование. Недобросовестный производитель свободно может фальсифицировать состав продукта, пользуясь лазейкой в законодательстве. Именно поэтому ни в одной стране мира производство этих продуктов не регулируется одним техрегламентом, кроме России.

И мы должны не семантикой терминов заниматься, а развести эти разные по сути продукты по сторонам. Нужно вернуться к производству продуктов по национальным стандартам, по ГОСТам. Они позволят провести грань между легальной продукцией и фальсификатом. Его проще будет вытеснить с рынка. Кроме того, работа по ГОСТам вернет доверие потребителей, что в условиях снижения продаж играет немаловажную роль.

– Если резюмировать, какие меры должно предпринять государство, чтобы направить отраслевые процессы в стабильное русло?

– Прежде всего разобраться с фальсификатом. Если ситуация по нему не изменится, никакие финансовые вливания отрасль не спасут.

Второе – защитить рынок квотированием поставок извне. Интересы России должны стоять выше коммерческих интересов отдельных компаний, работающих на зарубежном сырье.

Третье – нужно разобраться с внутренними финансовыми потоками. Таким образом перераспределить бюджет АПК, чтобы в первоочередном порядке поддержать наиболее проблемные направления – молочное животноводство, перерабатывающий сектор. Направления жестко взаимоувязаны, малейшее отставание одного приводит к значительному откату другого. Государство должно принимать самое деятельное участие в их судьбе.

Это те «пожарные» меры, которые позволят перенастроить молочный рынок на положительный тренд.

http://agro-max.ru

01-52

Ветер в сырной голове

Нельзя сказать, что последние годы народ катается точно сыр в масле – и то и другое многим стало не по карману. Но сыровары всё-таки радуют, как могут. Как подсчитал Минсельхоз, в 2017 г. им наконец удалось поднять выпуск настолько, чтобы перевыполнить правительственные планы и почти добраться до заветной планки сырного самообеспечения.

Новый рецепт

План правительства «Развитие масла и сыроделия» 2010 года, на который Медведев заложил и благополучно потратил ощутимые 17, 64 млрд руб., обещал народу за три года поднять выпуск российского сыра с 247 до 313 тыс. тонн. Это немного на фоне[end_short_text] общего спроса тех лет – 650 тыс. т в год. Но в тот момент было важно хотя бы начать подъём. При этом наверху рассчитывали сбить долю импорта чуть ниже половины, с 53 до 48%. Одновременно имели большие виды на сливочное масло, годовой производственный вал в этой области должен был вырасти до 264 тыс. т, импорт обещали ужать до 27%. К счастью, своего масла у нас всегда делали больше, чем завозили.

В результате потребление этих двух не самых доступных продуктов в РФ должно было подрасти с 1, 9 до 2, 2 кг на душу в год по сыру, с 1, 6 до 1, 8 кг – по маслу. Что в разы меньше, чем в самых богатых странах, но на среднемировом фоне вполне ничего. К слову, особо занятной частью правительственных сырно-масляных стратагем тех лет было мало афишируемое требование оптимизировать использование сырья. То есть лить меньше молока. Пищевые рационализаторы из медведевских кабинетов даже прописали конкретные цифры. Расход молока на тонну сливочного должен был упасть с 20, 5 до 19, 5 тонн. На сыр требовали лить не десять, а девять тонн. Одновременно та же сырная стратегия требовала резкого подъёма качества, что выглядит явным противоречием.

В любом случае в итоге к 2013 г. медведевские рационализаторы всё провалили. Так бы и шло, если бы не кризис. Сначала вообще стало не до сыра с маслом, в 2014 г. продолжение программы не приняли. Затем дела в индустрии без всяких указок сами собой пошли таким образом, что быстро затмили самые радужные мечты сытых лет. По крайней мере по цифрам и валу. В марте 2018 г. эксперты подвели итог прошлого года. Оказалось, в 2017-м выпуск сыра подрос до 450 тыс. тонн. Это настоящий сыр, не считая всяческих сырных продуктов, в которых молочный жир отчасти заменяют растительным. Это ни плохо, ни хорошо, просто по ГОСТу это не сыр. По этим продуктам вообще бурный взрыв, их выпуск только за прошлый год подпрыгнул на 35%, до 190 тыс. тонн. Всего набежало 640 тыс. т сыра, вместе с сыропродуктами, что заметно больше 600 тыс. т выпуска позапрошлого года. Приятно, что даже по чистому сыру получается больше 3 кг на душу в год, это заметно лучше докризисных планов правительства.

Статистический шок

Что с импортом? Тут ситуация сложная. Не так давно, в 2016 г., когда зарубежного сыра, завезли 98 тыс. т, проломив психологически важную планку, в индустрии отпраздновали победу. Казалось, иго сырной зависимости пало. Но в 2017 г. линия переломилась, импорт поднялся до 173 тыс. тонн. Этому не помешала даже очередная сырная война. Весь прошлый год была напряжённая ситуация на границе, Россельхознадзор начал борьбу с белорусским сыро-масло-молочным ввозом. Ведомство прямым текстом твердило, что под видом сыра из экзотических стран вроде Ирана, Марокко и Македонии с белорусского фронта идёт в основном украинский вал, который наконец нашёл обходные лазейки на потерянный рынок. Как бы ни воевали чиновники, факт налицо – импорт подрос ощутимо.

Теперь о главном. Как скоро Россия сможет почти полностью накормить себя собственным сыром? Считайте сами, представим, что потребление в нашей стране выросло ещё больше, до европейских цифр вроде 5 кг на каждого в год, всего примерно 750 тыс. тонн. В этом случае в год нужно 7, 5 млн т хорошего молока по нормальным меркам, или 6, 75 млн т по новым, медведевским, стандартам.

Вроде в чём проблема? Но, по данным независимых экспертов, выпуск молока в 2017 г. поднялся до 15, 5 млн т, куда лучше 14 млн т образца 2013 года. Но дело в том, что официально Росстат в 2017‑м насчитал совсем другой выпуск. Конкретно 21, 2 млн т товарного молока в крупных хозяйствах и ни много ни мало 31 млн т вместе с выпуском на личных участках и малых фермах. Но затем случилось страшное для статистиков: пришли полные данные сельхозпереписи. Это событие само по себе огромной важности, но в молочной области принесло грустные новости. Оказалось, численность молочного стада в личных хозяйствах гораздо ниже, чем думали. Ещё бы, с таким давлением на мелких крестьян и фермеров. Пришлось вычеркнуть 400 тыс. голов, значит, и молока на личных участках в реальности надоили куда меньше. Просто Росстат ещё не включил вставшую во весь рост новую реальность в молочную статистику.

С другой стороны, личные хозяйства, само собой, не поставляют молоко для крупного сырного производства, тут важны только промышленные объёмы. Они, напомним, 15, 5 млн т, и дело идёт на подъём. Формально сырья для сыра достаточно, хватит с запасом. Одна загвоздка – почти половину всего молока в стране в здравом уме на сыр никто не отправит. Традиционно на него идёт максимум четвёртая часть, поскольку народу куда больше нужны пакетное молоко, масло, кефир и пр.

Значит, чтобы добиться сырной самодостаточности, нужно гораздо больше сырья, причём своего. Это давняя задача, номер один на общем молочном фронте. Мало того, самое качественное молоко, пригодное для хорошего сыра, пока в дефиците. «Крупной сыроварне нужны миллионы тонн в год, за такое сырьё идёт война между крупнейшими производителями, сейчас хорошее молоко в изобилии только у предприятий-гигантов, и то не у всех», – рассказывает директор одного из крупнейших молочных комбинатов.

Молоко из золота

Вторая беда сырной индустрии – это старое оборудование. Всего в России порядка 350 сыроварен заметных размеров. Причём за последние четыре года их стало больше на пятую часть. Но крупных современных предприятий на всю огромную страну по-прежнему можно пересчитать по пальцам. «Сыроварных левиафанов с объёмом производства более 10 тысяч тонн в год три на всю страну. Это заводы на Алтае, в Мордовии и Брянской области», – рассказывают эксперты. Был ещё новочеркасский завод, одна из старейших сыроварен РФ, но несколько лет он назад обанкротился с долгами в 100 млн рублей. Хозяева у самых крупных сыроварен разные, но линии и технологии у всех примерно одного уровня. Они самые современные, не хуже, чем у немцев, французов или датчан. Другое дело – десятки мелких заводов мощностью 3–5 тыс. т в год. Денег на новые линии у многих нет, типичная годовая выручка такого предприятия – 100–300 млн руб. в год, прибыль – десяток-другой миллионов рублей. Тогда как современное сырное оборудование стоит до миллиарда. Вот заводы и донашивают старые машины, что тянет производство на дно.

Тем не менее крупных капиталов в стране хватает, в аграрном деле в них давно нет дефицита. Вроде по сыру строить и строить. Тем более товар весьма прибыльный, с 2014 по 2018 г. средняя цена сыра подскочила с 300 до 700 руб. за килограмм. Если же брать последние 10 лет, рост цены вообще пятикратный. Вообще цены в 700–800 руб. за приличный сыр, безусловно, ужасные, при этом заметно выше среднемировых.

Тем не менее стройки новых сыроварен пока тормозятся. Отчасти виной дефицит сырья. Что толку строить громадный завод, если для него будет трудно найти хорошее молоко. То есть любому большому сырному предприятию сначала надо создавать молочные тыл и задел. Это как дамба с водохранилищем. Тут хороша аналогия с заводом по выпуску алюминия, который не окупится, если рядом нет громадной ГЭС. Вторая причина – правительство махнуло рукой на сыр с маслом, субсидий почти никаких, новой программы развития по-прежнему нет.

Что в итоге? Сыр, конечно, – дело затратное, отдача небыстрая. Но в конечном счёте затея очень прибыльная. Потому что молоко может быть золотым, но полезно присмотреться к зарубежному опыту. По данным продовольственной организации при ООН, например, в Италии за год надаивают около 10 млн т молока высшего сорта на 3 млрд долларов. Но просто так не продают: две трети молока идёт в переработку, в результате получается продукт на 21 млрд долларов. Во Франции удой на сумму 7 млрд долл. превращается в товар высокой переработки, в первую очередь сыр – на 48 миллиардов.

При этом даже сейчас, по самым строгим меркам, на мировом фоне по молоку мы выглядим неплохо. По данным ООН, по производству молока Россия на шестом месте в мире. Рядом с Францией, совсем недалеко от Китая, на место выше Германии. Такие страны, как Япония, Австралия и Канада, отстают от нас по удоям в 3–4 раза, Британия – вдвое. То есть по валу сырья, если толково поднять молочную программу, РФ со временем вполне сможет взойти на мировой пьедестал, хотя бы со вторым-третьим местом. Дальше, как водится, нужно готовить плацдарм на настоящий прорыв, вытягивать высокую сыро-масляную переработку.

Константин Гурдин

KVR_001111_00029_1_t218_135648

Аграриям сняли пенки

Власти Удмуртии заявили о невозможности дополнительного финансирования молочного производства

Властям Удмуртии удалось увеличить объем государственной поддержки молочной отрасли в 2018 году на 200 млн руб. Однако местные производители оценивают ситуацию в отрасли как «крайне сложную». Их не устраивает уровень господдержки, поэтому они просят обеспечить достойное финансирование на уровне пятилетней давности — то есть в два раза больше предлагаемого. Глава Удмуртии Александр Бречалов считает, что сложившуюся «ситуацию надо пройти», а дополнительные средства изыскивать невозможно.

Региональные власти обозначили перспективы развития молочной отрасли в 2018 году. И. о. министра с/х региона Ольга Абрамова в ходе совещания при участии главы Удмуртии Александра Бречалова и местных производителей молочной продукции рассказала о перераспределении бюджетных средств в данной отрасли. Так, аграриям выделят 200 млн руб. на субсидии для возмещения части затрат на 1 кг произведенного молока. К базовой ставке в 75 коп. добавится 35 коп. В итоге ставка субсидии на 1 кг молока в Удмуртии составит 1-1,1 руб. в зависимости от различных коэффициентов. «Из предусматриваемых объемов и дополнительного объема у нас сложилась сумма около 660 млн руб.», — добавила госпожа Абрамова.

В 2015 году общий объем субсидий на 1 кг реализованного молока в республике составил 540,4 млн руб., в 2016 году — 740,3 млн руб. В проекте бюджета на 2017 год средства были заложены в объеме 248,9 млн руб. По итогам 2017 года в республике произвели 680,4 тыс. тонн молока., в 2016 году — 650 тыс. тонн.

Однако у местных производителей молока и молочной продукции появились вопросы по поводу уровня финансирования и государственной поддержки отрасли в текущем году. Аграрии обозначили ряд проблем, с которыми им пришлось столкнуться в 2017 году. Генеральный директор ООО «Зуринский агрокомплекс» Елена Чиркова отметила, что на фоне снижения закупочных цен на сырое молоко растут производственные издержки. «Когда в конце 2017 года нам объявили о том, что будут снижены закупочные цены на молоко по причине глобальных трендов, мы, конечно, попали врасплох. Положение сельхозтоваропроизводителей становится критичным. Электроэнергия в прошлом году подорожала на 16%, топливо — на четверть. В этом году ожидается подорожание электроэнергии, моторного топлива еще на 12-13%. Хочется понять, до какой степени может еще упасть молоко, и как нам считать? Сегодня впервые за 20 лет я не знаю, что делать, как считать и что планировать?» — рассказала госпожа Чиркова. После чего директор «Зуринского агрокомплекса» обратилась к региональным властям с предложением внести коррективы в план перераспределения бюджетных средств для молочной отрасли и «300 млн руб. вернуть на молоко». Также госпожа Чиркова рекомендовала рассмотреть вариант единой субсидии в размере 5 руб. за 1 кг молока.

«Сегодня здесь присутствуют заслуженные руководители предприятий. У многих, кто очень серьезно занимается производством, себестоимость в районе 16-17 руб. Просто над ней надо работать каждый день. Вы говорите про такие статьи как электроэнергия, ГСМ. Мы с вами все знаем, что кормовая себестоимость — самый больной вопрос, это 50% затрат. Что мы с вами сделали, чтобы сократить кормовую себестоимость? Это ваш бизнес, почему вы не привыкли считать свои деньги?» — обратилась к производителям госпожа Абрамова. По мнению представителя минсельхоза, производители должны рассмотреть индивидуальную стратегию развития, приносящую дополнительный доход.

Аграрии обратили внимание на то, что пришли разобраться с вопросом субсидирования, а над себестоимостью работают сегодня все. По словам заместителя управляющего по работе с сельхозпредприятиями «Кезского сырзавода» Игоря Стрелкова, критичность ситуации заключается в том, что цена на молоко формируется с учетом внешнего давления на рынок. «Переработка сегодня не может конкретно сформулировать закупочные цены, которые будут через месяц и два. Второй момент по ГСМ, здесь хозяйства тоже не могут подсчитать. Первоначально были прогнозы до 44 руб. за 1 кг топлива, но поставщики снова говорят, что цена вырастет до 50 руб. Нет рамок ни с той, ни с этой стороны. Правильно, что хозяйства должны работать над себестоимостью, но как они будут работать, не зная цифр?» — заметил господин Стрелков. Он считает, что стоит прописать «единую и понятную программу, в рамках которой обозначить ставку на молоко, реализуемое на предприятиях переработки». «Хозяйства будут понимать, какая ставка, и смогут прогнозировать и считать, управляя себестоимостью и избавляясь от тех или иных неэффективных активов и затрат», — добавил представитель «Кезского сырзавода».

Производители молока напомнили, что пять лет назад в бюджете Удмуртии закладывалось достойное финансирование на развитие отрасли — 1,5 млрд руб. Однако Александр Бречалов сообщил, что в текущем году господдержка рассчитывалась, исходя из эффективности предприятий отрасли.

Мне как главе, подскажите, что делать сейчас? Так же, как и пять лет назад, каждой сестре по серьге всем размазать: лишь бы процесс ради процесса? — обратился к предпринимателям глава Удмуртии

Он обратил внимание на сформированный топ-10 лидеров и антилидеров отрасли. «У меня вопрос. Я миллиард на молоко дам, а что с теми предприятиями, которые получат деньги? Они перезимуют или лето проведут нормально? Вы себе задайте вопрос. В основном те, кто выступали, и кто здесь, они эффективны. И проблема не снимется. Поверьте мне. Я посмотрел протоколы прошлых совещаний. Одни и те же вопросы ставите каждый год и по закупочной цене, и по цене на ГСМ, и что будет с рынком, и сухое молоко уже всплывало в разговорах. Сценарий один и тот же. У нас нет тут противоречий. Был бы бюджет профицитным, мы бы закрыли деньгами. Поскольку ситуация не такая, я пытаюсь найти решение. Но у вас позиция такая: я есть соль земли, молоко произвожу, и это все, а дальше вы решайте, придумывайте. Конечно, с прошлым-позапрошлым все понятно было: с любой проблемой столкнулись — берем коммерческий кредит», — отметил господин Бречалов. Он добавил, что пока «не получается грести в одной лодке в одном направлении». Участникам совещания напомнили, что республика кредитоваться больше не может, поэтому «ситуацию надо пройти».

Анастасия Данилова

12

Козы. Интервью с Ильей Бондаревым, генеральным директором «УГМК-Агро»

DN:Илья Эдуардович, расскажите, пожалуйста, каковы основные направления деятельности холдинга «УГМК-Агро»?

ИБ:«УГМК-Агро» имеет два основных направления – это производство овощей закрытого грунта и молочное животноводство. Мы приняли стратегическое решение работать в этих двух направлениях. Это связано с ситуацией на рынке, которая сложилась в регионе; с производственными балансами, которые сегодня существуют; а также с теми векторами государственной поддержки, которые существуют в Российской Федерации и приоритетами, которые ставит перед нами Министерство сельского хозяйства РФ.

DN: Производственные площадки холдинга расположены только в Свердловской области?

ИБ: «УГМК-Агро» закрыло деятельность «Агрофирмы Шутихинская» в Курганской области. На сегодняшний день, там продаются земля и ряд объектов недвижимости. Основное производство расположено в Свердловской области.

DN: Сколько всего молочных ферм в холдинге «УГМК-Агро»?

ИБ: У нас есть «Агрофирма «Патруши» в которой содержится 1400 голов дойного стада и козья ферма. «Агрофирма «Патруши» в этом году вышла на 9300 килограммов молока от одной коровы.

DN: Сколько составило валовое производство молока в 2017 году?

ИБ: Показатель – 11700 тонн, это без учета козьего молока. Официально козьего молока мы надоили 369 тонн с учетом того, что первый окот был получен в апреле прошлого года. Таким образом, эти данные не являются показателем, потому что не включают в себя весь год и все стадо. Показатель будет расти. Мы стремимся выйти на уровень 6 тонн козьего молока в сутки; для нас это будет очень хороший результат. Если выйдем к плановому показателю 7 тонн в сутки за счет увеличения продуктивности после второго окота- это будет достижение.

DN: Какое из двух направлений, — овощеводство или молочное животноводство, — для Вас сейчас наиболее рентабельно? Или же это два стратегически необходимых направления?

ИБ: Мы ориентируемся на потребности рынка и на культуру сельского хозяйства, которая сложилась в регионе. Абсолютно ясно, что с овощами закрытого грунта в области дело обстоит не лучшим образом: сегодня у нас 7,7 % самообеспеченности, из которых 7% обеспечивают наши действующие теплицы. И с этим нужно было что-то делать. Мы приняли стратегическое решение увеличивать площади теплиц для того, чтобы выйти на показатель 40% обеспеченности Свердловской области за счет собственных овощей.

DN: Вы не только сами производите молоко, но еще и докупаете в хозяйствах Свердловской области?

ИБ: Да. У нас 6 организаций – партнёров, с которыми выстроились долгосрочные отношения, и мы покупаем у них молоко.

DN: Какое примерное количество коровьего молока Вы закупаете у партнеров?

ИБ: Около 30 тонн в сутки получаем своего молока. Остальное молоко мы покупаем.

DN: Всего перерабатываете 100 тонн молока?

ИБ: Да, средний показатель, 80 – 100 тонн в день.

DN: Какова базисная цена на сырое молоко в Свердловской области сегодня?

ИБ: Цена – категория индивидуальная, но в среднем по области примерно 23 рубля. Это базис за молоко с показателями жира 3,6% и белка 3%. Козьего молока промышленного на рынке практически нет. У нас «внутренняя» цена составляет 75 рублей за кг, но в Свердловской области доходит до 100 рублей.

DN: Выше 100 рублей – это цена мелкихКФХ?

ИБ:  Да, но это не промышленное козоводство. Например, есть нубийские козы: фермер Эльвира Гречина продает их молоко до 200 рублей за литр. В ЛПХ определенных районов Свердловской области и коровье молоко предлагают по 100 рублей за литр. Все зависит от производителя: как сложился круг покупателей, как оценивается свой труд, какие у него затраты. Мы оцениваем козье в 75 рублей за килограмм – это цена, которая позволяет быть рентабельными как ферме, так и молочному заводу.

DN: Расскажите подробнее о козоводческом проекте: почему решили заняться именно этим? После введения санкций, эмбарго многие занялись производством сыров, что вполне логично, а Вы занялись козоводством.

ИБ: Нам было дано поручение Андреем Анатольевичем Козицыным генеральным директором УГМК-Холдинга: разобраться в ситуации с сырами; внести предложение, чем можно занять освободившиеся «места на полке».

Традиционно Свердловская область – молочный регион. Мы находимся на 8 месте по валовому производству молока в стране. У нас есть культура получения молока, культура производства, культура потребления. Причем, культура потребления абсолютно другая, в Свердловской области никто не будет покупать молоко с большим сроком хранения.

Совместно с австрийским холдингом производящим сыродельной оборудование «Берч» мы оценивали перспективу производства  сыров российско-голландской группы. Но, исходя из собранной информации, поняли, что вход в этот конкурентно-плотный рынок, не интересен и выбрали для себя направление, связанное со свежими сырамис небольшими сроками годности. Основываясь на том, что когда-нибудь санкции и антисанкции отменят, и импорт вернется, мы искали вариант, чтобы не столкнуться с конкуренцией со стороны зарубежных импортеров. В любом случае, когда откроют границы, начнется субсидирование со стороны европейских партнеров экспорта продукции; начнется сложная конкуренция с государственной поддержкой со стороны европейских стран. В связи с этим, нам нужно было иметь товар, который сюда не привезут. И сейчас наша самая большая задача – показать и доказать покупателю, что наш товар стоит тех денег, которые мы за него выставляем; что он полезный, свежий, качественный. У нас от молочной фермы до перерабатывающего завода – 4 километра. Мы производим здесь товар высочайшего качества.

DN: Сейчас Вы продаете сыры только в Свердловской области?

ИБ: Мы еще не вышли на полную проектную мощность, планируем сделать это к середине года. Безусловно, в приоритете у нас стоит формирование местного рынка. Для нас это главное, потому что это люди, рядом с которыми мы живем и ради которых мы работаем. Тем не менее, мы уже ведем переговоры по Москве, общаемся с дистрибьюторами из Санкт-Петербурга. Нам нужен рынок сбыта, мы готовы за него бороться.

DN: Реализацию самого проекта вы начали в 2015 году?

ИБ: В 2015 году было принято решение по реализации проекты, мы заключили договор на поставку животных и начали прорабатывать реконструкцию помещения под козью ферму. Там была ферма КРС, которую «законсервировали» 9 лет назад, в результате мы ее полностью реконструировали, построили необходимые новые производственные помещения, сделали ферму полностью соответствующей действующим нормам и правилам.

DN: Какие были основные проблемы в реализации этого проекта?

ИБ: Были сложности по поставке животных, которые мы совместно с Россельхознадзором преодолели, коллеги нам очень сильно помогли.

Поставка наших животных из Франции была не первой, но самой крупной, поэтому ушло много времени на согласование и приведение в порядок документов. В этом заключалась самая большая сложность. Затем началась рутина: мы стали учиться работать с животными; они реагировали на корма различным образом; мы разбирались с их биологией. Коза – это не маленькая корова, и весь наш накопленный опыт в направлении КРС, к сожалению, оказался неприменим.

DN: Вы учились у поставщиков животных?

ИБ: Мы изучили очень много литературы: много перевели с французского языка, покупали книги, научные журналы. Во Франции есть очень хорошая система, называющаяся «Ассоциация работающих пенсионеров». Благодаря ей мы нашли Андре Вердье, который 55 лет своей жизни занимался козами. Он передал нам свой кладезь знаний, прожил здесь в общей сложности 3 месяца. Мы договорились, что в следующий раз он приедет сюда, когда мы начнем осваивать искусственное осеменение. Он постарается передать нам эту технологию.

DN: Почему решили выбрать именно Альпийскую породу?

ИБ: Наша задача была и есть – производить сыр. У Альпийской породы коз наивысшая сыропригодность молока: эти животные дают продукцию с оптимальным сочетанием жира и белка. Повсеместно признано, что именно эта порода, наиболее подходящая для производства сыра.

DN: Дорого ли стоит коза Альпийской породы?

ИБ: Коза стоит чуть дешевле, чем козел. Стоимость с доставкой на место составила для нас 780 евро за животное, по козлу этот показатель порядка 860 евро.

DN: Планируете ли приобретать коз других пород?

ИБ: У нас есть определенные планы, которые мы пока не афишируем. Существует желание завести в Россию еще две породы и получить ту высококлассную генетику, которая есть за рубежом, чтобы она была и в нашей стране тоже.

DN: Развитие генетики – это одно из возможных направлений развития для вас?

ИБ: Развивать генетику мы не будем, это не наша работа. Но сделать так, чтобы в Россию было завезено высокопродуктивное стадо, разведением которого мы будем заниматься, это интересно. Дело в том, что в мире существует дефицит коз: чтобы купить животное, мы заключаем договор; проплачиваем аванс по еще не рождённым козочкам (это надо делать за год). Например, если кто-то захочет приобрести поголовье животных в июне, а завезти в сентябре, то вряд ли что-то получится. Одну козу, наверное, можно купить; но, когда нужна крупная поставка в определенный период и с определенным качеством, безусловно, такие контракты заключаются заблаговременно.  В разных странах ситуация по козам выглядит приблизительно так же. Сейчас мы ведем поиск здоровых животных с высоким генетическим потенциалом. И в Великобритании, и в Нидерландах примерно все одинаково: для получения контракта необходимо заключать его за год, проплатить аванс, и равными долями до момента отгрузки закрыть полностью оплату.

DN: Сколько примерно стоил этот проект по козоводству?

ИБ: На сырный цех мы потратили 168 млн. рублей. Совместно с техникой, животными, полной реконструкцией стоимость проекта составила 470 млн. рублей.

DN: Когда предполагаете выйти на окупаемость?

ИБ: Думаю, за 6 лет все окупим.

DN: Как поступаете с козлятами?

ИБ: Наша основная задача – получить козочек.

DN: Сколько сегодня общее поголовье с молодняком?

ИБ: на 31.12.2017

Общее поголовье -1419 голов

Количество дойных коз-773 головы

Среднесуточный удой на козу- 2,7 кг.

Ежедневное производство молока-2,05 т.

Валовое производство молока за 2017 год-360 т.

Козы постоянно котятся. Мы специально сделали постепенное осеменение, чтобыу нас всегда было молоко, и не было периода, когда бы мы оставались без продукции.

DN: У вас стоит единственная в России доильная «карусель» для козоводческой фермы. Почему вы решили применить такую технологию?

ИБ: Потому что общее поголовье дойных животных на ферме будет 1800 голов. Мы считаем, что именно на этом оборудовании возможно получить максимальную эффективность. Кроме того, на большой ферме мы тоже планируем использовать «карусель», нам нужно получить опыт работы с этим оборудованием.

DN: Часть козлят вы продаете на мясо?

ИБ: Выращиваем на мясо. Анализируем рынок: смотрим, что будет интереснее магазинам, ресторанам. Можно сказать, у нас идет эксперимент по козлятине. Определяем, в какой ценовой сегмент мы будем заходить с этой продукцией.

DN: Расскажите о второй ферме, которую вы запускаете?

ИБ: Детали мы сообщим чуть позже. Могу отметить, что мы занимаемся разработкой концептуальной фермы на 12000 дойных коз. Именно там хотели бы держать две породы коз, а из молока в будущем планируем выпускать детское питание.

DN: Сейчас производите исключительно сыр?

ИБ: У нас полностью синхронизированы объемы будущего производства молока с будущим возможным объемом переработки. Мы можем перерабатывать на этом предприятии 5,5 тонн без учета возможной модернизации. На козьей ферме мы должны получать 6,5 тонн молока в сутки. Соответственно, тонну мы будем разливать в бутылку.

DN: Сырами вы занялись только тогда, когда начался козоводческий проект, или до этого тоже занимались?

ИБ: Ранее мы выпускали 2,5 тонны в месяц адыгейского сыра, но назвать это полноценным производством при столь небольших объемах нельзя. Был хороший адыгейский сыр, сейчас вместо него мы производим великолепный козий сыр.

DN: Из коровьего молока тоже производите сыры?

ИБ: Да. Сейчас мы используем два вида сырья. Выпускаем козий и коровий Камамбер. Ведем разработку рецептур смешенных сыров.

DN: Планируете ли заниматься твердыми сырами?

ИБ: Думаем об этом, сейчас отрабатываем рецептуры.

DN: Какие будут основные сыры?

ИБ: Основные – том, раклет, эльпастер.

DN: Продаете в основном через торговые сети?

ИБ: Наши основные партнеры по реализации продукции – торговые сети. Естьтакжевыход на рестораны, но в этом направлении недостаточный объем для обеспечения сбыта такого производства как у нас.

DN: Задумывались ли Вы о собственных магазинах или сетях?

ИБ: У нас есть сеть нестационарных объектов торговли, но это далеко не основной канал продаж, задачами ее являются обратная связь с покупателями и опробирование новых продуктов.

DN: Вы только по Уральскому Федеральному Округу продаете?

ИБ: Если говорить о сбыте овощей, то в качестве рассматриваем в качестве территории присутствия еще и Сибирский Федеральный округ. По сыру основные усилия будут прилагаться к домашнему рынку, а также к столичным городам, куда возможна доставка.

DN: Могли бы Вы подробнее рассказать об опытно-экспериментальном обучающем центре?

ИБ: Мы реконструируем помещения под опытно-экспериментальный учебный центр. Задач у этого центра будет несколько. Первоначальная задача – обучение студентов и фермеров. Также планируем организовывать мастер-классы с выдающимися сыроделами, тестирование новых заквасок, рецептур, создание новых продуктов.

DN: Как Вы считаете, насколько перспективно развитие козоводческой отрасли в России?

ИБ: Я считаю, что это одна из самых перспективных отраслей в животноводстве. Именно с точки зрения малых и средних хозяйств. Для того, чтобы она развивалась необходимо предоставить хороший племенной материал. Одно дело, когда коза дает 1,5 килограмма молока; другое – когда 4-7 килограмм. Помимо того, что нужен племенной молодняк с высоким генетическим потенциалом, необходима еще технология переработки этого молока. Когда все эти условия будут выполнены, мы получим очень сильное развитие данного направления. В связи с этим, будет развиваться и сельское хозяйство; и земли можно вводить в сельхозоборот; и в целом трансформировать жизнь в селе.

DN: Фактически базой развития отрасли козоводства должны стать малые хозяйства. Какова же роль промышленного козоводства в этой сфере?

ИБ: В первую очередь, это поставка племенного молодняка. Мы привезли 12 чистоплеменных коз из Франции. У нас работает зоотехник – селекционер, который не допустит инбридинга. Когда мы заполним собственную ферму и решим все свои задачи, сможем продавать этот молодняк населению. Во-вторых, трансфер животноводческих технологий. Деятельность, которую мы ведем по созданию экспериментального учебного центра, – это тоже важная работа. Наша задача – не в том, чтобы являться единственными производителями козьего сыра и продуктов из козьего молока; наша задача – сделать так, чтобы этот продукт вошел в потребительскую корзину населения. Для достижения данной цели, такого продукта должно быть много, иначе в традиционный рацион питания он никогда не войдет; производителей должно быть много, чтобы этот продукт знали и любили. Каждый производитель будет в своем сегменте по продажам. «Маленьким» же производителям очень сложно войти в торговую сеть, для них останутся рынки, магазины у дома, интернет-продажи и т.д.

DN: Будете ли Вы способствовать созданию маленьких козоводческих хозяйств?

ИБ: Мы все сделаем для того, чтобы эти хозяйства появлялись; чтобы у людей был к этому интерес. Будем инициировать создание программы развития козоводства в УрФО. Создадим бизнес-планы для производств с небольшим поголовьем (25-50 голов), чтобы люди четко понимали, что им нужно, также это должно упростить кредитование. Мы целенаправленно будем строить завод по переработке козьего молока на 100 тонн, мощность фермы планируем на 50 тонн, чтобы у людей была возможность сдавать нам молоко или же перерабатывать его самостоятельно. Этим проект и интересен, будем его масштабировать, постараемся изменить жизнь многих людей в селе.

Если люди начнут заниматься этим видом деятельности, на всех прилавках будет качественный натуральный продукт, потребители полюбят козий сыр, то можно считать, что этот проект удался.

Источник: The DairyNews

 

курск

Новый молочно-товарный комплекс запущен в Курской области.

курск

В январе 2018 года состоялся запуск нового молочно-товарного комплекса ООО «Луч», расположенного в Курской области, Мантуровского района, с.Большие Бутырки.

Доильный зал комплекса оборудован установкой типа «Параллель» Global 90i 2х20 доильных мест производства немецкого концерна GEA.

Компактная конструкция данного зала позволяет экономить место. Он предлагает достаточно места для разных пород коров и короткие переходы для персонала в доильном зале любого размера. С помощью системы позиционирования на выходных воротах коров можно поставить в наиболее подходящее для доения положение. Наряду с быстрым выгоном в Global 90i возможна также сортировка отдельных животных. Каждый сегмент открывается независимо, чтобы максимально быстро выпустить животное из доильного зала (опция). Благодаря широкой зоне входа животные быстро, спокойно и без стресса заходят на свои доильные места. Там они могут спокойно встать в оптимальное для доения положение, пока последнее животное не займет свое место. Таким образом вся группа правильно расставляется по местам.

Проектная мощность комплекса составляет порядка 1200 голов дойного стада.

Монтаж оборудования произведен официальным дилером концерна GEA в Курской области компанией ООО «САТ-Агро», которая также осуществляет всю техническую, информационную, программную поддержку и сервисное обслуживание в формате 24/7.

picture_amerikanskij-agrogiga_664_s1

Американский агрогигант инвестировал в Face ID для коров

Распознавание лица (Face ID), которое используется для разблокирования iPhone X, поможет увеличить производство молока.

Технология распознавания лица вскоре может помочь фермерам быть более осведомленными о здоровье домашнего скота. Решение с этой технологией обещает предоставить ирландская компьютерная компания Cainthus, передает agro-max.ru

Разработчики уверяют, что фермеры могут установить камеры наблюдения в загонах, чтобы помочь контролировать схему кормления коров. Используя распознавание лица, фермеры и ветеринары также смогут отслеживать температуру тела и поведение животного.

По словам компании, подобная аналитика приведет к увеличению выработки молока, более безопасному воспроизведению и улучшению здоровья коров.

cow2

Благодаря инвестициям американской компании Cargill, технологию обещают протестировать в этом году. Соучредитель Cainthus Дэвид Хант сказал, что эта сделка поможет «изменить правила игры» для фермеров.

Как вы помните, в прошлом году распознавание лица (Face ID) было применено в iPhone X. Конечно, корова пока ваш iPhone не разблокирует. Но кто знает, возможно, однажды фермеры смогут использовать технологию распознавания лица, как для разблокирования своего телефона, так и для улучшения управления фермой.

По материалам ibtimes.

http://www.agro-max.ru

IMG_1863

В Ульяновской области в ООО «КФХ Возрождение» был запущен в эксплуатацию новый доильный зал.

В начале января 2018 года в ООО «КФХ Возрождение» начал работать очередной современный доильный зал производства компании GEA — Ёлочка 2х10 EuroClass 1200. Данный доильный зал установлен в родильном отделении нового комплекса.

Запуск доильного зала и первые доения прошли по плану, так как животные в данном хозяйстве уже знакомы с оборудованием GEA.  Еще в 2015 году в рамках модернизации животноводческого комплекса на 1200 голов КРС на предприятии заработал доильный зал GEA типа Карусель AutoRotor Performer на 36 мест.

Следующим этапом развития КФХ стало строительство комплекса с общим поголовьем на 3770 голов КРС, из них 1350 голов дойного стада, которое ведется в настоящее время. 25 января 2018 года введен в эксплуатацию основной доильный зал мегафермы. Им стала еще одна доильная карусель от GEA — AutoRotor Performer на 40 доильных мест.

Сейчас в рамках проекта ведется реконструкция сразу нескольких помещений общей площадью более 25 тыс. кв.м. После выхода на проектную мощность объём производства молока в этом хозяйстве составит около 12 тысяч тонн в год. Сейчас хозяйство производит ежесуточно до 22 тонн молока.

В декабре 2017 года в хозяйство также была завезена партия 99 племенных коров.

Монтаж нового оборудование и обслуживание уже работающих доильных зало производит официальный дилер GEA в Ульяновской области – компания «Милтек».

http://agro-max.ru

IMG-20171117-WA0014

Новый доильный зал типа «Параллель» Global 90i 2×18 введен в эксплуатацию в Омской области

06 января 2018 года в рамках рабочей поездки врио губернатора Александр Бурков посетил новый животноводческий комплекс КХ «Тритикум» на 520 голов в Черлакском районе.

 

IMG-20171117-WA0014

В новом комплексе установлен доильный зал типа «Параллель» Global 90i 2×18 производства немецкого концерна GEA и три танка-охладителя. Установку оборудования производил официальный дилер GEA на территории Омской области ООО «Торговый дом «Вавилон».

На создание нового объекта агропромышленного комплекса КХ «Тритикум» получило субсидию в размере 38,3 млн. рублей. Общая инвестиционная ёмкость проекта составила 120 млн. рублей.

 

 

IMG-20171204-WA0014

Комплекс оснащен современной автоматизированной системой управления стадом, доения и кормления. Это позволяет повысить валовое производство молока, его качество и увеличить продуктивную жизнь коров. Оборудование обеспечивает раннюю диагностику проблем со здоровьем животных, дает возможность точно рассчитать рацион кормления, оценить продуктивность каждого животного за определенный период времени, максимально точно спланировать хозяйственную деятельность предприятия. Комплексный подход к оснащению животноводческого комплекса уже позволил добиться роста объема удоев до уровня 6000 л молока в год.

Сейчас на ферме среднесуточные удои превышают 20 литров с коровы, и глава хозяйства не считает это пределом.

-Современный доильный зал, хорошее оборудование, современные условия содержания скота – за этим будущее. А задача государства — поддерживать такие предприятия, которые увеличивают поголовье, приобретают хорошие породы животных с высокой продуктивностью. Нужно создавать мотивации, чтобы аграрии стремились вкладывать в развитие своего производства, в достижение высоких экономических показателей, — заявил Бурков.

 

IMG-20171116-WA0011

О будущем животноводческой отрасли глава региона продолжил разговор на встрече с руководителями районных сельхозпредприятий, которые либо уже модернизировали свои фермы, либо только приступили к техническому перевооружению животноводческих комплексов. На сегодняшний день новые объекты возводятся в Полтавском и Нововаршавском районах, скоро начнётся строительство таких же комплексов в Азовском, Омском и Марьяновском районах.

Для справки:

Международный машиностроительный концерн GEA – один из крупнейших производителей системных решений для производства продуктов питания с широким спектром обрабатывающих отраслей промышленности. Работающий по всему миру технологический концерн специализируется на производстве техники и компонентов для точных производственных процессов в различных сегментах рынках. Более 70 процентов оборота концерна приходится на растущие в долгосрочной перспективе отрасли продуктов питания. На 30 сентября 2017 концерн насчитывал в своем штате по всему миру почти 17.000 сотрудников. В своих сферах деятельности GEA относится к технологическим и рыночным лидерам. Компания входит в список немецкой MDAX (G1A, WKN 660 200). Кроме того, акции GEA являются частью индекса MSCI Global Sustainability Indizes.

cheese-t

Маркировку молочных суррогатов начнут в середине 2018 года

Чиновники третий год обещают раскрыть состав пальмовой вкуснятины

С середины следующего года треть упаковки каждого молочного продукта с пальмовым маслом будет занята информацией о присутствии заменителей сыров, масла и творога. С таким требованием к маркировке наши чиновники не торопились – они готовили его почти три года. Эксперты считают, что полки молочных магазинов не опустеют, поскольку граждане с тощими кошельками продолжат потреблять суррогатное продовольствие из-за его относительной дешевизны.

Надпись на молочных продуктах, в производстве которых используется пальмовое масло, появится в середине 2018 года, заявил вчера министр сельского хозяйства Александр Ткачев. Он пояснил, что «маркировка будет занимать 30% от площади этикетки, где будет написано, что в молочном продукте содержатся растительные жиры, в том числе пальмовое масло». «Мы абсолютно уверены, что потребитель должен знать, какой он кушает или пьет молочный продукт», – объявил министр.

Ткачев предполагает, что такой суррогатный продукт будет дешевле и будет именоваться не как «молоко, сыр», а как «молочный продукт или сырный продукт». «Это не отрава, весь мир потребляет, тут дело в другом – пальмовое масло в 3–4 раза дешевле молока», – разъяснил министр.

Российские чиновники толкуют о молочном фальсификате уже несколько лет. Летом 2015 года вице-премьер Аркадий Дворкович заявлял, что правительство задумалось об ограничениях для использования пальмового масла в России.Теперь же речь идет не об ограничениях, а только о правдивой информации.

Глава Минсельхоза считает, что введение обязательной маркировки молока и молочной продукции, содержащих пальмовое масло, повысит спрос населения на натуральные продукты и может слегка увеличить цены на нее. «Продажи такой продукции объективно будут падать, а значит, будет подниматься потребление натуральных продуктов. Это приведет к тому, что цена на молоко и молочную продукцию будет подниматься», – предупредил Ткачев на заседании комитета Госдумы по аграрным вопросам.

Директор совхоза им. Ленина Павел Грудинин считает, что последствия такой меры могли бы быть более радикальными. «Уберите с полок фальсификат, и вы поймете, что продовольствия у нас нет», – заявил в Госдуме Грудинин. По его словам, «импортозамещение по продуктам в стране произошло только за счет того, что население перестало есть натуральные продукты».

Импорт пальмового масла в РФ стал расти после введения продуктового эмбарго, под которое попало молоко из Евросоюза, США, Канады и других стран. Производство молока в России составляет примерно 30 млн т в год. Нехватка собственного сырья раньше восполнялась импортным молоком. Но импорт с 2013 года сокращался в среднем на 10–12% в год, а производство молочной продукции в РФ росло: по сравнению с 2013 годом в 2016 году производство сливочного масла выросло на 12%, сыров – на 36%, а сырных продуктов – на 57%.

По мнению исполнительного директора Ассоциации переработчиков по противодействию фальсификации молочной продукции Александра Бражко, доля фальсифицированной продукции среди недорогих сливочных масел и сыров достигает 90%.

В 2016 году было импортировано 885,1 тыс. т «пальмы», это в 3,6 раза больше, чем импорт свежего молока и сливок, в 4 раза больше, чем сыров и творога и в 8,4 раза больше, чем сливочного масла. Пальмовое масло напоминает маргарин и может широко применяться не только в молочной промышленности, но и в других производствах как его альтернатива, например, в кондитерских товарах, о которых глава Минсельхоза почему-то вчера ничего не сказал. Решающее значение имеет цена продукта: в 2016 году средняя импортная цена 1 кг пальмового масла составляла 0,73 долл. за кг, в то время как его ближайшего конкурента – подсолнечного масла – 0,85 долл.

Свыше 80% всего пальмового масла, поставляемого в РФ, приходит к нам из Индонезии. Другие крупные поставщики – это Нидерланды и Малайзия. Поставляют нам «пальму» также из Индии, Нигерии, Японии, Франции и Украины.

«Независимая газета» попросила экспертов представить, как будут выглядеть полки продуктовых магазинов в середине 2018 года, когда, как обещает министр Ткачев, продукция с пальмовым маслом уже не затеряется. Останется ли что-нибудь на них, будут ли люди покупать заведомо искаженную продукцию.

«Будут обычные полки, где вперемешку будут товары с пальмовым маслом и без него, – уверена директор центра агропродовольственной политики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ Наталья Шагайда. – Если магазины разделят товар, то у них упадут продажи, а не возрастет потребление натуральных продуктов. Покупатель вынужден будет, как и сейчас, читать этикетки и ориентироваться на свой кошелек. Хотя большинство покупателей не читают этикетки, а смотрят на цену и на купюру в руке. У людей с низким уровнем дохода нет выхода, кроме как формировать свой набор продуктов за счет тех, которые дешевле и которые могут быть с заменителем в допустимых – с позиции безопасности питания – размерах. Снижать потребление им уже некуда. Их потребление по меркам Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН находится в рисковой зоне. Если натуральная еда не подорожает, то в первую очередь будут покупать ее, по мере роста доходов доля дешевой – с пальмовым маслом – еды должна сокращаться. Если не возникнет нового повода для снижения доходов», – сказала «НГ» Шагайда.

«Недостатка натуральных молочных продуктов мы не увидим, – сказала «НГ» генеральный директор Petrova Five Consulting Марина Петрова. – Возможно это нововведение даст шанс небольшим российским производителям быть представленными в магазинах. И полки не будут пустовать – ситуация на них полностью отражает платежеспособный спрос. Сегодня покупатель, конечно, рад бы приобретать более дорогие продукты без заменителей молочного жира, но не обладает такой финансовой возможностью».

По ее мнению, отдельные полки для продуктов с заменителями не появятся сразу после введения новой маркировки, кроме того, она считает, что продавцы придумают новые ходы, чтобы продажи не снижались. «Покупатель привык к определенным брендам, привык приобретать определенные продукты, так что результат разделения мы увидим на полках через 1–1,5 года, но также мы увидим и новые маркетинговые приемы, которые будут пытаться нивелировать негативное влияние нововведения».

«Позиционирование продукции с использованием в ее составе пальмового масла никак не связано. Магазины вряд ли будут выделять отдельные стойки для товаров с использованием растительных жиров. Возможно, полку поделят. Главное в этой инициативе тот факт, что производитель обязан будет быть более честным по отношению к потребителю: завуалировать или умолчать использование пальмового масла при обязательной маркировке 30% этикетки теперь не получится, – сказал «НГ» исполнительный директор ассоциации «Руспродсоюз» Дмитрий Востриков. Он подчеркивает, что продукция из пальмового масла не является вредной. «Позиция противников пальмового масла не основана на официальных исследованиях, и это косвенно подтверждается фактом использования в СССР именно пальмового масла в детском питании в качестве заменителя материнского молока», – говорит Востриков.

Анатолий Комраков

источник: http://ng.ru

_dsc9302-1_0

В ООО Тюменские молочные фермы запущен в эксплуатацию новый молочный комплекс с доильной каруселью GEA

В декабре 2017 года в Тюменской области состоялось открытие молочно-товарного комплекса на 4600 голов дойного стада, который принадлежит одному из крупнейших аграрных холдингов России «Дамате».

Главная цель молочно-товарного комплекса – получение высококачественного молока. Планируется, что после выхода на полную мощность комплекс будет производить 44,7 тысяч тонн молока в год. В соответствии с ранее подписанным соглашением все произведенное молоко отправляется на переработку на молочный комбинат «Ялуторовский», принадлежащий компании Danone.

_dsc9725-23

Доение основного стада осуществляется в доильном зале карусельного типа AutoRotor Performer на 72 места с системой Subway (специальным подвалом для комфортного круглосуточного обслуживания и проведения контрольных доек) производства концерна GEA. Высокая скорость доения и большая надежность оборудования позволяет эксплуатировать доильный зал более 20 часов в сутки (не считая времени промывки), затратив на однократное доение стада шесть-семь часов. На дойку коров аккуратно подгоняет автоматический подгонщик с пневматическим приводом. В зоне входа-выхода карусели реализована система напорного смыва навоза, а после доения впервые на молочных комплексах GEA в России установлена ванна для очистки копыт Megabridge с отдельной емкостью для санитарного раствора шириной 2,4 м для большего комфорта животных.

_dsc9719-24

Добиться эффективного управления стадом позволяет система идентификации животных. На каждом доильном месте установлена индивидуальная антенна, гарантирующая 100-процентное распознавание животного: в результате, повышается достоверность получаемой информации как о надоях, так и о физиологическом состоянии коровы, что в свою очередь позволяет оперативно получать объективные данные для ведения хозяйственной, зоотехнической и племенной работы со стадом.

 

Особенность проекта также заключается в отсутствии традиционных танков для сбора молока в основном доильном зале. Их заменят автоцистерны-полуприцепы, предназначенные для сбора охлажденного в потоке молока. Сразу после наполнения такая автоцистерна будет доставляться на молокоперерабатывающий завод, что позволит сократить время с момента дойки до доставки молока на переработку до 4 часов. Исключение этапа перекачивания молока в промежуточные емкости и их промывку, позволит сохранить его качество, снизив риски повышения бактериальной обсемененности.

 «Это самое комфортное содержание для животных, которое вы только можете себе представить. Здесь собраны все самые лучшие технологии, здесь огромные пространства, здесь есть великолепная подстилка, мощная вентиляция, телячья деревня. Все это делается в первую очередь для того, чтобы получить самые высокие надои, которые есть сегодня в современной России и создать самое эффективное молочное предприятие в стране», — Наум Бабаев Председатель Совета директоров ГК «Дамате».

«Для GEA открытие комплекса в Тюменской области стало очередным шагом в развитии нашего регионального присутствия. Наше оборудование отлично зарекомендовало себя в любой точке мира, где содержат и доят коров. Я уверен, что в ближайшем будущем цели, поставленные руководством холдинга Дамате при вводе комплекса в эксплуатацию, будут достигнуты», — Йенс Айхлер Вице-президент. Бизнес-направление «Оборудование» GEA.

Для справки:

Международный машиностроительный концерн GEA – один из крупнейших производителей системных решений для производства продуктов питания с широким спектром обрабатывающих отраслей промышленности. Работающий по всему миру технологический концерн специализируется на производстве техники и компонентов для точных производственных процессов в различных сегментах рынках. Более 70 процентов оборота концерна приходится на растущие в долгосрочной перспективе отрасли продуктов питания. На 30 сентября 2017 концерн насчитывал в своем штате по всему миру почти 17.000 сотрудников. В своих сферах деятельности GEA относится к технологическим и рыночным лидерам. Компания входит в список немецкой MDAX (G1A, WKN 660 200). Кроме того, акции GEA являются частью индекса MSCI Global Sustainability Indizes.

 

1038631

Цена свободы. Как развивалась молочная отрасль ЕС после отмены квот

Роберт Схорсей
Роберт Схорсей
управляющий директор Greenmark Dairy Ingredients

Система квотирования молока была успешной с точки зрения сокращения производства молока (Производство молока в ЕС с 1974 года):

С момента введения системы квотирования и до 2009 года производство молока сократилось на 20%, то есть примерно на 27 млрд. кг. С 1993 по 2010 производство молока было относительно стабильным. Однако с 2010 года по настоящий момент производство молока возросло на 11,6%.

Инструмент квотирования был эффективным для сокращения как производства молока, так и интервенционных запасов. Можно видеть, что в течение нескольких лет интервенционные запасы сокращались, и новые закупки в частные фонды не проводились до 2009 года. Надо отметить, что закупки в частные фонды в 2009 году были обусловлены не так структурным дисбалансом между спросом и предложением, как финансовым и банковским кризисом, всколыхнувшщим мир в 2008 году. Это привело к временному уменьшению спроса. В 2009 году производство СОМ выросло на 17%, и уже в начале года запасы частных фондов были на уровне 651 000 т, то есть на уровне, которого мы с тех пор больше не видели.

В период квотирования молока было 8 лет, когда интервенционных запасов СОМ не существовало. В частности, так было в период с 2012-2014 гг. Если сравнить данные таблицы (Интервенционные запасы ЕС 1974-2017), то с отменой квот на молоко в 2015 году мы наблюдаем скачок в производстве молока и накопление запасов в частных фондах.
В годы до периода квотирования и после него не было ни одного года, когда бы не было интервенционного вмешательства частных запасов СОМ.

При отсутствии управления производством молока, можно сказать управления ростом его производства, данные приведенной выше таблицы позволяют предположить, что запасы СОМ в частных фондах чаще встречаются в пост-квотные годы.

С маслом другая картина. Во время периода квотирования молока было шесть лет, когда запасов масла в частных фондах не было. Интервенции масла из запасов проводились чаще, чем это случалось с СОМ. С 2011 года рост запасов масла прекращается. Важнейшая причина заключается в том, что рост производства компенсировался ростом спроса, а в последние годы рост спроса даже превысил рост производства.

Сейчас интервенционные запасы ЕС исторически низкие. Проблема заключается в том, что производство масла сопровождает появление значительного объема обезжиренного молока, для которого есть много вариантов переработки в биржевые молочные товары, ингредиенты или готовый молочный продукт.

Если производства жизнеспособных и объемно значимых альтернативных продуктов переработки обезжиренного молока, кроме СОМ, нет, то можно сделать вывод, что, поскольку производство сливочного масла и сливок растет, чтобы удовлетворить растущий спрос на них, то появляется структурный избыток СОМ. Как отмечалось в недавнем отчете Greenmark Dairy Ingredients, потребление сливочного масла увеличилось и вряд ли сократится в ближайшее время.
Отмена квот создала возможности для дальнейшего роста производства молока, но ловушка в том, что только некоторые компоненты молока имеют достаточный запас перспективы продаж, чтобы обеспечить стабильность роста. Масло чувствует себя на рынке хорошо, чего не скажешь о СОМ. Это затрудняет решение проблемы. Очевидно, что выпуск дополнительных объемов молока необходим, чтобы удовлетворить спрос на сливочное масло, но это молоко  лишнее с точки зрения спроса на протеин.

Кроме проблем, которые молочная промышленность имеет из-за дисбаланса жира и протеина, существует еще одна проблема, которая, скорее всего, приведет к тому, что вместо производства классического масла, для которого нужно больше молока, промышленности, возможно, придется искать альтернативы, чтобы обеспечить доступность продукта. Возможно, следовало бы подумать о более низком содержании жира в масле или сохранить то же содержание жира, но с частью растительного масла.

Рост доступности жиров можно видеть на примере производства обогащенного жиром сухого молока, которое практиковалось еще в конце 90-х годов. Основная проблема заключается в том, что постепенное и неуправляемое наращивание производства молока стоит молочной промышленности ЕС 13700000. евро ежедневно. Если мы посмотрим на средние цены до и после отмены квот на молоко, это выглядит так (Среднегодовые цены на молокопродукты к отмене квот и после):

Несмотря на то, что цены на масло фактически выросли, все остальные цены снизились, и это привело к общему снижению потока доходов.

Что касается СОМ & масла, то поток доходов в указанный период, до отмены квот на молоко, составлял € 37/100 кг. Эта цифра рекордно снизилась до € 31,60 / 100 килограммов молока в пост-квотный период. Это снижение на 15%.

Если мы проанализируем годовые продажи ЕС для вышеупомянутой продукции, то потери дохода от продаж является значнительными (Потеря дохода от продаж / год переработчиками ЕС после отмены молочных квот):

Основные годовой убыток переработчиков по вышеупомянутой продукции составил 3, 4 млрд евро. Для производства этих продуктов используется примерно 60-65% общего объема молока ЕС. Можно быть уверенным, что для производства продуктов, произведенных исходя из баланса молока, подобные потери были ощутимыми, и более реальной оценкой была бы ежегодная потеря доход близка к 5 млрд евро. Это 13,7 млн евро каждый день. В процентах, снижение за 31 месяц после отмены квот по сравнению с 31 месяцем до отмены составляет 11,7%.

Само по себе это о многом не говорит, если рассматривать то, насколько (если вообще) пострадала маржа переработчиков, ведь закупочные цены также снижались. Это интересно. Если мы рассмотрим средние закупочные цены на молоко в ЕС за 31 месяц до отмены квот и через 31 месяц после их отмены, становится понятным, что фермеры ощутили большее снижение доходов, чем переработчики (Средняя закупочная цена на молоко за 31 месяц периода до отмены квот и 31 месяца после их отмены):

Для фермеров ЕС, производящих ежегодно 153 миллиарда килограммов молока, потеря дохода за 31 месяц после отмены квот относительно 31 месяца до отмены, составила 19,8 млрд евро. При молочном стаде 23,5 млн голов в 2016 году, это потеря дохода по 860 евро на одну корову.

Если рассмотреть показатели ряда стран, производящих молоко, получим следующие цифры потери дохода в среднем на ферму (страна / оценочное количество поголовья на ферме / потеря дохода за период 01.04.2015 – 31.12.2017 / потеря дохода в год на среднюю ферму):

Кроме того, ЕС потратил около 700 млн евро на закупку СОМ. Вопрос, сколько же теперь будет получено от продажи СОМ, которое до сих пор остается в запасах, остается открытым. Сейчас ЕС продает сухое молоко по € 1390 / т и в запасах еще остается 378 тыс. т. Уже рассчитана предполагаемая потеря ЕС 116 млн евро, и со временем эта цифра будет увеличиваться.

2017 был довольно удачным, если учитывать закупочную цену на молоко со средним значением € 34,21 / 100 кг в октябре этого года. В 2016 году цена была € 28,43 / 100 кг.

В настоящее время существует избыток молока, при этом темпы наращивания его производства растут благодаря высоким закупочным ценам. Рост производства, и как результат, снижение цен на конечную продукцию, неотвратимо приведет к снижению закупочных цен. И дополнительные доходы, которые получают молочные фермеры в 2017 году (во всяком случае их часть) испарятся в 2018 и позже.

Если мы посмотрим, во что обошлась отмена квот на молоко, то увидим, что:

с 1 апреля 2015 до 31 декабря 2017 молочная промышленность потеряла доходов: 13 768 500 000 евро, –
с 1 апреля 2015 по 31 декабря 2017 потерянный доход молочных фермеров: 19 800 000 000 евро, –
ЕС потерял минимум 116 000 000 евро, –

Учитывая, что потерянные доходы и прибыли фермеров – среди основных убытков, понесенных европейскими налогоплательщиками после отмены молочных квот, справедливо сказать, что право каждого производить столько молока, сколько он может, стоит очень дорого.

Мягкая посадка после отмены квот, обещанная ЕС, не состоялась, хотя в Европейской Комиссии говорят, что могло быть и хуже, если бы Комиссия не вмешивалась в процесс. И в этом они абсолютно правы.

Однако следствием вмешательства ЕС в рынок является то, что интервенционные запасы препятствуют восстановлению рынка, поскольку примерно 3 млрд. кг эквивалента жидкого молока в виде запасов СОМ будут продолжать давить на рынок.

Комиссия ЕС заявила, что собирается распорядиться запасами как можно быстрее, используя все имеющиеся возможности. В этом году этого не произойдет, но можно рассчитывать, что это случится в следующем году.

Если товар не будет как-то использован – в виде биомассы или оказания продовольственной помощи – это неизбежно будет иметь сильное влияние на рынок в целом.

Сбой между спросом на жир и протеин – это непростая проблема, и первым шагом к ее решению будет внедрение действенных инструментов для управления ростом производства молока.

Большинство тех, кто работает в молочной отрасли, одобряют отмену молочных квот, но они, особенно фермеры, задумываются, не было ли регулирование цен на самом деле выгоднее для них, чем нынешняя свобода.

Материал предоставил для ИНФАГРО Роберт Схорсей,

Источник: infagro.com.ua

 

KPE_000762_00001_1_t218_202630

Без особого напряжения

Учхоз «Липовая гора» остался без энергоснабжения

Как стало известно „Ъ-Прикамье“, начало деятельности новых АО на базе ФГУП «Учхоз „Липовая гора“» оказалось под вопросом: «Пермэнергосбыт» отказывался заключать договор на энергоснабжение без решения вопросов долга обанкротившегося госпредприятия. Управляющий ФГУП и минсельхоз просят «Пермэнергосбыт» дать отсрочку в погашении долга, энергетики же полагают, что новые АО, получив электроэнергию, «забудут» о долге банкрота.

Как сообщил „Ъ-Прикамье“ конкурсный управляющий ФГУП «Учхоз „Липовая гора“» Дмитрий Силин, с 28 ноября ПАО «Пермэнергосбыт» (ПЭСК) отключило производственный комплекс предприятия от электроэнергии. Сейчас на фермах предприятия находится более 1 тыс. голов скота. Сам комплекс, по решению комитета кредиторов, был передан в уставный капитал двух вновь созданных ФГУП обществ — АО «УЧ Липовая гора» и АО «АгроТехноПарк». Отключение электроэнергии состоялось из-за долга ФГУП в 1,1 млн руб., а также отсутствия договора на энергоснабжение между ПЭСК и новыми АО. Сейчас электроснабжение на фермах ФГУП частично поддерживается за счет дизель-генераторов, переданных в АО в аренду основным кредитором ФГУП Денисом Корепановым.

Господин Корепанов сообщил „Ъ-Прикамье“, что с лета 2017 года АО пытались оформить отношения с ПЭСК, но поставщик отказался, сославшись на отсутствие у ФГУП счетчиков, и предложил сначала оформить все на предприятие-банкрота. «Но объекты недвижимости, которым нужна электроэнергия, принадлежат не ФГУП, а АО», — отмечает господин Корепанов. Затем, по его словам, поступило предложение заключить договор с альтернативным поставщиком — ЗАО «КЭС-Мультиэнергетика». Однако сельхозпредприятие это не устраивает: независимый поставщик имеет право устанавливать тарифы ежеквартально, а ПЭСК, как гарантирующий поставщик, работает по ежегодно утверждаемым ФАС тарифам. «ПЭСК пользуется своим монопольным положением, на контакт не идет, даже не отвечает нам на официальные письма», — утверждает кредитор.

При этом руководство ФГУП отмечает, что по действующим тарифам (6 руб. за 1 кВт-ч) ему сложно вести бизнес. «Тарифы в Пермском крае просто огромные, и нет деления на день и ночь», — сетует Денис Корепанов. При ежемесячной выручке в 4 млн руб. 25% ее надо отдавать на покупку электроэнергии. ФГУП обратилось с письмами в ФАС и прокуратуру — с просьбой проверить законность действий энергетиков. На предприятии считают также, что от них фактически отвернулся владелец — Росимущество.

Если подача электроэнергии не возобновится, то руководство учхоза будет вынуждено пустить под нож поголовье, добавляет господин Силин. По его словам, топ-менеджмент «Липовой горы» готов расплатиться с энергетиками: заготовленные корма сельхозпредприятие намерено продавать с начала зимы, и из этих средств погасить долг перед энергетиками. Кроме того, в будущем предполагается продажа образованных АО, что даст возможность ФГУП рассчитаться со всеми кредиторами.

В ПЭСК заявляют, что ФГУП должным образом не уведомило компанию о расторжении договора энергоснабжения, а также не погасило задолженность перед ПЭСК в размере 1,132 млн руб., что является обязательным при расторжении действующего договора. «Новообразованные АО, в свою очередь, не представили необходимый гарантирующему поставщику (ГП), каким является „Пермэнергосбыт“, пакет документов для заключения договора», — сообщили в ПЭСК.

«Фактически нам предлагают „забыть“ о долге ФГУП, нарушить закон, понести убытки и заключить договор с новыми АО. На это мы не пойдем. „Преемники“ ФГУП должны представить полный пакет документов для договора, и если не погасить долг, то как минимум утвердить с нами график погашения», — говорит собеседник „Ъ-Прикамье“ в ПЭСК. По его словам, АО вполне могут заключить договор с энергоснабжающими компаниями, которые не являются ГП и где условия заключения договора не такие жесткие. «Ни о каком монополизме речи нет. А обещания закрыть долг часто остаются невыполненными обещаниями», — подчеркивает собеседник.

ФГУП «Учебно-опытное хозяйство „Липовая гора“» является производителем мяса и молока. Учредитель — Министерство сельского  хозяйства РФ. Выручка в 2016 году — 65 млн руб., чистый убыток — 109 млн руб. Число работающих — 70 человек.

12 октября арбитражный суд края признал ФГУП банкротом и ввел на предприятии процедуру конкурсного производства. Против введения процедуры выступили представители ПГСХА и федерального Рос­имущества. Кредиторская задолженность ФГУП составляет 94,5 млн руб. У госпредприятия на праве бессрочного пользования в Пермском районе находится 415 га земли кадастровой стоимостью 2,711 млрд руб. Крупнейшим кредитором «Липовой горы» с общим требованием в 35,5 млн руб. является бизнесмен Денис Корепанов и его родственные компании. В начале этого года управляющий ФГУП принял решение о создании на базе предприятия двух новых обществ — АО «АгроТехноПарк» (занимается растениеводством) и АО «УЧ Липовая гора» (животноводство) с уставным капиталом 15,564 млн руб. и 30,829 млн руб. соответственно. Это было сделано, чтобы сохранить компанию. Основная часть имущества «Липовой горы» уже переведена на два АО, работать общества начали с июля этого года. Все 70 сотрудников были также переведены туда. Пакеты акций находятся на балансе предприятия-банкрота. Сейчас Росимущество оспаривает в арбитраже создание двух АО.

В этом конфликте краевой минсельхоз поддерживает аграриев. По словам представителей ведомства, в ноябре минсельхоз, узнав о грядущих санкциях, направил энергетикам ходатайство с просьбой предоставить ФГУП отсрочку по оплате долга до 31 декабря 2017 года. Ведомство отмечает, что предприятие является учебной базой для студентов сельхозуниверситета и способствует подготовке специалистов для отрасли. «ФГУП в силу определенных обстоятельств оказалось в сложной финансовой ситуации, в связи с чем образовалась задолженность по оплате электроэнергии», — говорят в минсельхозе.

Глава Пермского муниципального района Александр Кузнецов сообщил „Ъ-Прикамье“, что ему докладывают о ситуации в «Липовой горе». Господин Кузнецов сомневается, что вмешательство властей в ситуацию поможет снизить тариф для ФГУП.

Вячеслав Суханов

Источник: www.kommersant.ru

Cow_Brown_haired_Sitting_505050_1440x900

Топ-30: регионы-лидеры в производстве молока в сельхозпредприятиях за десять месяцев 2017 года

Материал подготовлен The DairyNews на основе оперативных данных Росстата по малым, средним и крупным сельхозпредприятиям страны за период с января по октябрь 2017 года. В рейтинг вошли крупнейшие регионы-производители молока в секторе сельхозорганизаций.

Поднялась в рейтинге Свердловская область – с 10 на 8 место. Объем производства молока в сельхозпредприятиях региона составил на 1 ноября 463 тыс. тонн (+8%). Вологодская область опередила Нижегородскую область (390,8 тыс. тонн), произведя за десять месяцев текущего года 394,8 тыс. тонн молока. Высокие темпы прироста производства молока по-прежнему демонстрирует Белгородская область (+14,4% за десять месяцев), где сельхозпредприятия выпустили 371,7 тыс. тонн сырого молока. В Калужской области сектор СХО прирос молоком на 14,1% до 217,5 тыс. тонн за десять месяцев.

№ в рейтинге РЕГИОН ОБЪЕМ ПРОИЗВОДСТВА МОЛОКА В СЕЛЬХОЗОРГАНИЗАЦИЯХ В ЯНВАРЕ-ОКТЯБРЕ 2017г. (Изменение показателя к аналогичному периоду 2016г.)
1. Республика Татарстан 939,3 тыс. тонн (+3,9%)
2. Краснодарский край 736,6 тыс. тонн (+ 1,3%)
3. Удмуртская республика 538,5 тыс. тонн (+4,2%)
4. Кировская область 497,1 тыс. тонн (+6,2%)
5. Воронежская область 486,2 тыс. тонн (+6,8%)
6. Ленинградская область 479,6 тыс. тонн (+2,3%)
7. Московская область 472,2 тыс. тонн (+0,7%)
8. Свердловская область 463 тыс. тонн (+8%)
9. Алтайский край 462,5 тыс. тонн (+1%)
10. Республика Башкортостан 459,3 тыс. тонн (-2,1%)
11. Новосибирская область 444,9 тыс. тонн (+2,9%)
12. Вологодская область 394,8 тыс. тонн (+4,6%)
13. Нижегородская область 390,8 тыс. тонн (+4,3%)
14. Белгородская область 371,7 тыс. тонн (+14,4%)
15. Пермский край 319,6 тыс. тонн (+1,6%)
16. Красноярский край 314,1 тыс. тонн (+1,2%)
17. Владимирская область 298 тыс. тонн (+4,6%)
18. Омская область 291 тыс. тонн (+4,7%)
19. Рязанская область 289,8 тыс. тонн (+5,4%)
20. Республика Мордовия 274,2 тыс. тонн (+4%)
21. Тюменская область (в т.ч. ХМАО) 247,8 тыс. тонн (+6%)
22. Ярославская область 237,4 тыс. тонн (+7,1%)
23. Калужская область 217,5 тыс. тонн (+14,1%)
24. Брянская область 156,9 тыс. тонн (+1,7%)
25. Оренбургская область 153,9 тыс. тонн (-5,2%)
26. Липецкая область 147 тыс. тонн (+0,1%)
27. Курская область 143,9 тыс. тонн (+2,3%)
28. Челябинская область 142 тыс. тонн (+8,1%)
29. Пензенская область 133,2 тыс. тонн (+4,7%)
30. Псковская область 132,1 тыс. тонн (-0,5%)
Источник: DairyNews.ru
KKZ_001835_00009_1_t218_000951

Молоко свернулось

В Татарстане завершили передел агрохолдинга «Вамин Татарстан»

В Татарстане закрыто дело о банкротстве в прошлом крупнейшего агрохолдинга «Вамин Татарстан», долги которого перед банками-кредиторами превышали 12,6 млрд руб. Имущество должника удалось продать лишь за 2,7 млрд руб., кредиторы получили около 2 млрд руб. В результате банкротства произошел передел молочного рынка республики: крупнейшие заводы «Вамина» отошли татарстанской группе «Агросила» и удмуртскому «Комос групп». Ранее на диверсификации производства «Вамина» настаивали власти Татарстана, считая, что «такой суперхолдинг реально не имеет права на дальнейшую жизнь». Они через госструктуру за «бесценок» скупили активы «Вамина» и, как отмечают эксперты, перепродали новым инвесторам. По расчетам аналитиков, убытки кредиторов «Вамина» могли достичь 8–9 млрд руб.

Арбитражный суд Татарстана завершил конкурсное производство в отношении ОАО «Вамин Татарстан», которое было признано несостоятельным еще в 2013 году. Согласно материалам суда, в реестр требований кредиторов было включено 12,6 млрд руб., в том числе обеспеченных залогом — 5,2 млрд руб. Вместе с тем за пять лет банкротства на расчетный счет «Вамина» поступило лишь 5,8 млрд руб., из которых только 2 млрд руб. были выплачены в пользу кредиторов. Таким образом, требования кредиторов удовлетворены лишь на 16%.

Напомним, ОАО «Вамин Татарстан» — в прошлом крупнейший агрохолдинг республики. В его состав до ухудшения финансового состояния входило 27 агрофирм, 28 молочных комбинатов, 10 хлебоприемных и зерноперерабатывающих предприятий, рыбное хозяйство, 2 предприятия, осуществляющих ремонт техники и оборудования, автотранспортное предприятие, а также управление торговли, учебный комбинат. Продукция «Вамина» занимала, по экспертным оценкам, примерно 35% молочного рынка Казани. Холдингом владела семья депутата Госсовета Татарстана и экс-сенатора Вагиза Мингазова, который до осени 2011 года был генеральным директором «Вамина».

Банкротство «Вамин Татарстан» инициировал ВТБ, задолженность предприятия перед которым составила 436 млн руб. Также претензии предъявили Россельхозбанк (2,9 млрд руб.), Ак Барс банк (2,7 млрд руб.), Сбербанк (2,05 млрд руб.), Татфондбанк (1,5 млрд руб.) и другие. Фактически ход банкротства контролировало принадлежащее правительству Татарстана АО «Татагролизинг», которое выкупило основные долги банкрота, консолидировав более 8 млрд руб. требований.

При этом выявленного имущества у «Вамина» могло хватить на погашение всех требований кредиторов. Его балансовая стоимость, по данным суда, составила 12,6 млрд руб., а рыночная стоимость была оценена еще выше — почти в 16 млрд руб. Вместе с тем конкурсный управляющий Сергей Кондратьев, на отстранении которого ранее настаивали федеральные банки, смог выручить от реализации имущества лишь 2,7 млрд руб. (в том числе от продажи залогового имущества — 2,1 млрд руб., незалогового — 0,6 млрд руб.). Большую часть активов за 519 млн руб. скупил «Татагролизинг». Первоначально они предлагались за 10,5 млрд руб., но покупателей в ходе торгов не нашлось. От взыскания дебиторской задолженности удалось получить 29 млн руб. Также в конкурсную массу было возвращено имущество, которое ранее отошло в собственность ООО «Казан», принадлежащего родственникам акционеров «Вамина», на сумму 778 млн руб. Помимо этого господину Кондратьеву удалось оспорить шесть сделок «Вамина» на сумму 75 млн руб.

Часть средств (по оценкам „Ъ“, около 2 млрд руб.) на счета должника поступили за счет деятельности заводов холдинга, которыми во время банкротства управляло созданное властями Татарстана УК «Просто молоко», директором которого был назначен первый заместитель руководителя аппарата президента Татарстана и экс-глава агентства «Татмедиа» Марат Муратов. При этом расходы на проведение банкротства «Вамина» оказались значительно выше — 4,7 млрд руб. Выручка УК «Просто молоко» от управления предприятиями «Вамина» в 2016 году достигала 8,96 млрд руб., чистая прибыль — 261 млн руб.

Марат Муратов стал одним из приобретателей бывших активов «Вамина», скупленных «Татагролизингом». Ему перешел сырный завод в Мамадыше. Все своим компании — ООО УК «Просто молоко», ООО ТД «Просто молоко», а также 80% в ООО «Просто молоко агро» — господин Муратов переоформил в собственность своей жены Гульнары Муратовой. 8 ноября он вернулся на службу в аппарат президента Татарстана.

Самые крупные активы «Вамина» были перепроданы «Татагролизингом» другим крупным агрохолдингам. Так Казанский молочный комбинат выкупило ООО «Комос групп» из Удмуртии, которое заявляло о планах инвестировать в предприятие 1,5 млрд руб. Завод в Набережных Челнах был продан группе «Агросила», контролируемой семьей гендиректора АО «Сетевая компания» Ильшата Фардиева. Суммы сделок власти республики не раскрывают. Однако, по мнению экспертов, только Набрежночелнинский комбинат мог стоить около 1 млрд руб.

В ходе конкурсного производства оборудование Буинского маслодельно-молочного комбината «Вамина» выкупило АО «Зеленодольский молочноперерабатывающий комбинат». Некоторые бывшие активы «Вамина» (Балтасинский и Арский молокозаводы) были переданы ООО «Арча», которым владеют дети Вагиза Мингазова — Минтимер Мингазов и Фарида Фазлиева. Самого господина Мингазова кредиторы требовали привлечь к субсидиарной ответственности по делу «Вамина» на 10,6 млрд руб., однако суд отклонил это ходатайство. Год назад господин Мингазов был признан банкротом как физическое лицо. Его дело закрыли в июле этого года. С депутата удалось взыскать лишь 52 тыс. руб. и €1 при общих долгах в 9 млрд руб.

Диверсификация производства «Вамина» соответствовала планам правительства Татарстана. Еще до начала банкротства АО вице-премьер, министр сельское хозяйство и продовольствия Татарстана Марат Ахметов заявлял, что «такой суперхолдинг» как «Вамин Татарстан» «не имеет права на дальнейшую жизнь» (см. „Ъ“ от 4 октября 2012 года), поскольку компания является плохо управляемой из-за своей величины. «Кто бы ни стал собственником, должны появиться минимум три таких холдинга»,— говорил министр.

Аналитик «Алор Брокер» Алексей Антонов считает, что банкротство «Вамина» «означает перераспределение активов, и, к сожалению, временное снижение потребления молочных продуктов в регионе»: «Рушатся логистические цепочки, снижается объем производства, могут вырасти на 2–3% цены». В то же время он отмечает, что власти Татарстана выиграли от банкротства, поскольку «Татагролизинг» «купил активы „Вамина“ за бесценок»: «Думаю, что реальная рыночная цена этих заводов в совокупности приближается к 5–6 млрд руб.». При этом эксперт считает, что убытки «кредиторов могли составить внушительную сумму в 8–9 млрд руб.», поскольку из 12,6 млрд руб. требований было погашено 2 млрд руб. «плюс, наверное, еще какая-то часть была получена в виде залогов, предположим, 2–3 млрд руб. В тоже время он отмечает, что 2016 году в 67% случаев банкротств кредиторы «вообще получили ноль рублей». «Банкротство в России является процедурой, при которой за ошибку собственника платят кредиторы и сектор, в котором он работает»,— заключает господин Антонов.

Кирилл Антонов